– Я могла отдать их тебе, когда они будут нужны, – заканчиваю я, потому что меня осеняет. Вот как Реми узнал о них – они принадлежат ему, и он знает, что с ними делать, куда лучше, чем я. Но сейчас у меня нет времени сожалеть о том, что мой отец оставил мне их вовсе не для того, чтобы я помнила о том, что во мне есть и ведьминская сущность, доставшаяся мне от него.
Реми кивает.
– Вот именно.
– У вас, ребят, которые видят будущее, все не как у людей, – подойдя к нам, говорит Мекай.
Реми ухмыляется.
– Ты определенно не первый, от кого я это слышу.
– Может, и так, – соглашается Флинт, вернувшись к нам и превратившись в человека. – Но все же позволь спросить – а вот
– Видел что? – Мы с Реми поворачиваемся, чтобы посмотреть туда, куда смотрит он, и у меня обрывается сердце. Потому что зверь вдруг перестал гнаться за Джексоном и перестал бегать вокруг арены против часовой стрелки.
– Он что, просек, в чем тут фишка? – изумляюсь я.
– Видимо, да, – отвечает Хадсон. – Потому что он только что изменил направление бега и, похоже, сделал это нарочно.
– Да, ты прав, – соглашаюсь я, когда зверь разворачивается и бежит в обратном направлении.
И быстро начинает снова расти.
Его зубы удлиняются, костяные шипы на его спине тоже, шипы на его хвосте делаются толще и более кривыми, пока он не начинает выглядеть в десять раз страшнее и опаснее, чем раньше.
– Ну что, умник? – спрашивает Реми Флинт. – Что прикажешь с этим делать?
– Бежать, – говорит Мэйси и мчится к нам. – Со всех ног.
Мы делаем то, что предлагает Мэйси, и бежим со всех ног.
Хадсон переносится прямиком к зверю и пытается заставить его последовать за ним обратно, но зверь не желает этого делать.
Реми начинает работать в середине арены, кажется, создавая магическую клетку, чтобы заточить в нее эту тварь. Но думаю, из этого ничего не выйдет, ведь, похоже, это существо не восприимчиво к действию большинства видов магии. Пока что на него подействовали только руны.
Мы же рассыпаемся по арене, как навозные жуки, и пытаемся с помощью бега измотать его.
Я взлетаю в воздух, чтобы посмотреть на арену сверху, надеясь, что тут отыщется нечто такое, что мы сможем использовать как оружие против этого зверя, что-то достаточно длинное и острое, чтобы проткнуть его толстую шкуру. Ведь камешек с руной сделал это, правда он не смог дойти до его мышц и потрохов, а только застрял в шкуре.
Я смотрю на своих бегающих друзей, пытаясь понять, кому из них помощь может понадобиться в первую очередь. Большинство из них движутся против часовой стрелки, но Хадсон и Джексон бегают по часовой стрелке, пытаясь заставить зверя двинуться им навстречу. Интересно, думаю я, почему они не становятся больше? И почему остальные не становятся меньше? Почему только этот зверь делается то меньше, то больше, в зависимости от того, в каком направлении он бежит?
Это наводит меня на мысль. Я знаю, в идеальном сценарии нам нужно заставить его бежать против часовой стрелки, чтобы он опять начал становиться меньше. Но это чудовище умно, очень умно, и оно больше не станет этого делать. Оно уже заметило, что все бегут против часовой стрелки, и не преследует их.
Вместо этого оно движется в обратную сторону, зная, что нагонит их в любом случае – и притом станет крупнее. А может, оно уже увеличилось в размерах. Ведь оно с самого начала было таким большим, что сразу и не определишь.
Значит, остается только один выход. Поскольку это чертовски опасно, я не могу попросить кого-то еще сделать это. А поскольку я знаю – если я скажу, что хочу сделать это сама, Хадсон будет вне себя – то мне остается только одно… просто помалкивать.
Я набираю максимальную скорость и лечу на зверя сзади, надеясь, что какое-то время он меня не заметит.
Кажется, он и впрямь не замечает меня, и тут Дауд и Колдер принимаются бегать по арене зигзагами, пытаясь вымотать его. Да, при этом устают и они, но ведь нас двенадцать, а он только один, так что мы наверняка сможем его измотать.
Зверь подбирается к Дауду, который превратился в волка, так близко, что кусает его за хвост. Дауд подскакивает и подкатывается под это существо, чтобы укусить его за лодыжку и заставить споткнуться. Но зверь даже не замечает его – теперь он сфокусировал все свое внимание на Колдер и на Мэйси, которая бежит за ним, пытаясь поразить его то одним заклятием, то другим.
Они, разумеется, не действуют, но моя кузина не сдается и продолжает свои попытки, надеясь, что одно из них сработает.
А я – я готовлюсь проделать, наверное, самую глупую штуку из всех. Если это существо и дальше продолжит бегать по часовой стрелке, то скоро нам придется иметь дело с чудовищем размером со всю эту арену.
Надеясь, что это сработает, я подлетаю к нему сзади, вытягиваю руку и пытаюсь ухватиться за руну, застрявшую в его шкуре.
