– Но мой предок был с тобой, Киран. И она была… эмза.
Руки Кирана дрожат от волнения. Остальная часть тела – воплощение спокойствия.
– Что?
– О чем ты? – задает он встречный вопрос. Я поднимаю брови и подхожу ближе.
– Киран! – кричу, но он остается холодным и спокойным. Я снимаю маску. Глаза Кирана пристально смотрят в мои. Его челюсть сжимается, а потом он смотрит на мои губы сверху вниз. Голод и алчность вспыхивают в его глазах.
– Что это, фантом? – снисходительно спрашивает он.
– Не называй меня так. – Я делаю шаг к нему и тоже наступаю в воду. Вокруг наших сапог стелется влажный, сверкающий туман. Прячет их.
– А как мне еще тебя называть? Сари? Принцесса? Праведница? – Киран надрывно смеется. Словно презирает меня за значение моего имени. Словно не знает, что это Марра дала мне такое имя.
– Если ты говоришь, что это произошло много веков назад, то что тут странного? Ты думаешь, твоими первыми предками были араса? – недоверчиво качает он головой.
– Да, именно так и думаю, – рычу я, но не решаюсь сказать, кем еще была на самом деле.
– И теперь ты расстроена тем, что ты не чистокровная?
Киран поднимет брови.
– Мой предок была альбом. И ты тоже альб! – кричу я ему, и мои слова эхом разносятся по гроту бесконечности.
На этот раз Киран не дергается. Он знал. Знал, что в наших жилах течет кровь альбов.
Я отступаю на несколько шагов назад. Я надеялась, что он это опровергнет. Но он стоит на месте, словно окаменел. Он бы предпочел вечно скрывать это от меня.
– Ты знал.
Киран по-прежнему неподвижен. Образы из видений снова вспыхивают передо мной. Образ ребенка – он тоже один из моих предков. Я истерически смеюсь.
– Я не могу контролировать тебя сейчас, так что управляй собой, Сари, – властно говорит Киран.
– Почему? Потому что я тебе нужна?
Он кивает.
– Да, ты мне нужна, твой брат тоже.
Я бросаюсь к нему и тычу кулаком в лицо. Киран игнорирует это. Затем хватает меня за запястье и пристально смотрит в глаза.
– Они отобрали у меня все, Сари. Все воспоминания. Но мое наследие они не смогли отнять. Его нельзя отобрать у того, кто только что родился.
– Какое наследие?
Киран не отвечает. Вместо этого еще крепче сжимает мою руку.
– Отпусти! – кричу я. Слезы бегут по щекам. Я знала, что Киран просто хочет воспользоваться мной. Но какая-то глупая, наивная часть меня искренне верила, что я ему дорога сама по себе.
– Ты только поэтому поцеловал меня?
Он смотрит холодно. Никакой реакции.
– Ты поцеловал меня, чтобы завоевать мое доверие? – повторяю я.
– То, что я желаю тебя, не входило в мои планы.
– В твои планы? – ошеломленная, я пытаюсь высвободиться из его хватки. – Отпусти меня!
– Я не могу, – вздыхает он. – Ты не должна знать слишком много.
Его темные глаза пронзают меня насквозь, и я чувствую, как он пытается добраться до моих воспоминаний.
– Нет! – кричу я, хватая его сильную руку своими худыми, покрытыми шрамами пальцами. Надо действовать на опережение.
– Сари! – рычит Киран. – Не делай этого!
– Но ведь ты именно это пытаешься сделать, – сдавленно отвечаю я.
Изо всех сил пытаюсь противостоять его мощи.
– Ты не можешь… – Он задыхается, когда я достаю воспоминание о нашей первой встрече. – Ты не должна его трогать.
– Почему?
– Я убью тебя.
– Еще посмотрим, кто кого убьет первым.
Мне удается забрать его воспоминания о себе. Там так много деталей. То, как мои золотистые волосы развеваются на ветру. Мое обнаженное тело, на которое Киран не смотрит, а просто заслоняет собой. Я чувствую улыбку в его душе, когда заказываю два сладких пива вместо мате, и эта улыбка повторяется снова и снова. Словно я прогнала мрачную часть его души. Но сейчас – сейчас она вернется.
Когда я открываю глаза, на предплечье Кирана появляются знаки новых дарований. Его испуганный взгляд устремлен на меня. Но глаза, в которые я сейчас смотрю, совсем не те, что прежде. Это глаза палача. Глаза убийцы. И я начинаю понимать, что натворила. Я отняла у Кирана единственное, что делало его человеком. И это была я.
Я выхватываю нож, вонзаю ему в ногу и убегаю. Бегу быстрее, чем когда-либо. Гневные крики преследуют меня, пока, наконец, не теряются где-то позади в ненавистных туннелях.
Ред и Медиса тоже исчезли.
Только теперь я по-настоящему осознаю, что сделала. Дрожа, я забираюсь в темную нишу во льду.
Я не могла перестать забирать у Кирана воспоминания. Я была словно в бреду. А теперь я исчезла из его души, и он жаждет моей смерти.
– Черт возьми! – рычу я, сжимая зубы.
Нужно идти дальше. Киран будет преследовать меня. Будет охотиться на меня. Даже если он больше не знает, кто я такая, он знает, что я сделала. Теперь я отношусь к тем королям, рабовладельцам и торговцам людьми, которые отняли у него воспоминания.
Горячие слезы текут из глаз, когда я поднимаюсь и иду дальше. Что же я наделала?
Я настолько презираю себя, что больше не могу думать об этом и просто бегу дальше. У Ярруша не останется шанса выжить, если Киран меня найдет. Если я буду недостаточно быстрой.
