Инна отвлеклась от грустных мыслей, потому что ей сигналил водитель из другого автомобиля. Она все еще стояла перед светофором, хотя свет уже сменился на зеленый.
«В ухо себе побибикай! – подумала она и плавно тронулась. – Не буду суетиться из-за этого осла… Психолог с нервным срывом и разводом, – невесело думала она. – Может, на визитку поместить, как слоган? Правда, вряд ли это привлечет клиентов».
Инна вспоминала два года личного анализа на кушетке. Кушетка – это важно, это кивок ортодоксальности метода и серьезности происходящего. Она ходила три раза в неделю, не пропускала, вовремя платила. Даже устроилась на офисную работу, чтобы оплачивать это недешевое удовольствие. И удовольствие ли? Иногда ей казалось, что она ржавым тупым ножом вспарывает себе брюшину, а потом достает кишки и показывает своему психоаналитику, который, как она иногда подозревала, вообще не следил за тем, что она там говорит, а тихо дремал или кроссворды разгадывал за ее спиной. Конечно, это была злость – сама Инна помнила истории всех своих клиентов и каждого внимательно слушала. Но она не могла больше злиться на мужа, поэтому сместила свой гнев на психоаналитика, работа с которым должна была уберечь ее от такой ситуации.
Незаметно для себя она уже приехала домой. Сейчас ей необходимо было собраться и идти укладывать дочку спать. Она уже выходила из машины, когда почувствовала: что-то не так. Ей не хватало воздуха, ладони стали влажными, сердце бешено билось. Она много раз слышала, как ее клиенты описывают панические атаки, но не думала, что ей придется прочувствовать это на себе. Пока это состояние не захватило ее полностью, она начала сжимать и разжимать пальцы рук, глубоко и ритмично дышать, задерживая дыхание после вдоха. Считать про себя: раз, два, три, четыре – на вдохе; раз, два, три, четыре – задержать дыхание; раз, два, три, четыре – выдох. Помогала себе ногами, вытягивая носочки ступней от себя и обратно. Моторная кора головного мозга – довольно большая зона, поэтому, выполняя такое упражнение, сложно думать о чем-то другом.
Странно, что она вспомнила именно это упражнение, обычно с клиентами она пользовалась другим – парадоксальными интенциями. Но при первой панической атаке сложно сосредоточиться. Хорошо что хоть что-то вспомнила! Парадоксальные интенции лучше работают, когда ты знаешь, чего ждать: панической атаки или приступа фобии. И заранее придумываешь, как усилить и усовершенствовать симптом, чтобы клиент мог его контролировать. Это снижает тревогу и дает осознание личной ответственности за свою жизнь и симптом. Так, при панической атаке можно посоветовать клиенту сосредоточиться на сердечном ритме и контролировать, чтобы он не снижался.
«Любопытно», – подумала Инна и решила в следующую паническую атаку обязательно это попробовать. Психологу, конечно, не обязательно проверять на себе все, о чем рассказывают клиенты, но подобный опыт ей показался очень обогащающим.
Если бы кто-то подслушал ее мысли, то точно принял бы за сумасшедшую. Дышит в машине, делает руками «мы писали, мы писали, наши пальчики устали» и думает, как удачна ее паническая атака, ведь она теперь сможет лучше понимать клиентов. «Об этом точно лучше никому не рассказывать», – решила она и пошла домой. Там тоже было много дел: купание маленькой девочки, ужин и укладывание спать.
Поздно ночью с сопящей дочкой под мышкой она смотрела в интернете, как еще справляться с физиологическими проявлениями нервного напряжения. Больше всего ей понравилась теория с физиологическим объяснением происходящего.
Заключалась эта теория в том, что наш мозг условно состоит из трех частей – ствола, самой древней части; лимбической системы, где хранятся эмоции; и коры полушарий, которая делает нас людьми, с мечтами и фантазией. И выглядит это схематически как чупа-чупс: ствол – это палочка, лимбическая система – внутренняя начинка, а верхний слой – это кора полушарий. И когда появляется какая-то сильная эмоция, вызывающая паническую атаку, приступ гнева или что-то еще, она образуется в лимбической системе, и нам ее нужно вытолкнуть наружу в кору полушарий или внутрь – в ствол. Иными словами, перевести эмоцию в мыслительную или телесную деятельность.
Конечно, это не решает проблему, а только помогает справиться с последствиями.
Поэтому концентрация на дыхании и счет так эффективно работают, ведь это работа на оба направления – перемещение ядра проблемы и наружу, и внутрь одновременно.
Инне казалось, что она уже это знала, но почему-то после рождения дочки забыла. Она ведь помнила, что делать, но не помнила почему. В последнее время Инна замечала, что она стала более рассеянной, чем раньше. Пару дней назад забыла в машине ключи от нее. И когда вышла из психологического центра через два часа, обнаружила, что ее машина стоит открытой с ключами в зажигании. В этот момент она не знала, плакать ей или смеяться.
