— Синьор Джованни, вы говорили, что мы можем сменить наших спутников, эти нам слегка надоели, — спокойно обратился к Медичи кардинал Ален де Коэтиви, на что тот тут же ответил.
— За это время я собрал ещё больше молодых девушек и парней, из тех, кто хотел бы провести время со знатными синьорами, — улыбнулся тот, — так что ваш выбор будет значительно шире ваши преосвященства, чем в первый день, когда мы всё делали в спешке.
— Благодарю вас синьор Джованни, — Родриго Борджиа с благодарностью посмотрел на него, — если в следующий раз приедете в Рим, прошу вас, остановитесь также в моём доме.
— Или в наших, — тут же заверили Медичи остальные кардиналы, кроме Пьетро Барбо, который сделал вид, что не слышит этого разговора.
— Обязательно воспользуюсь вашими приглашениями, ваши преосвященства, — склонил голову наследник Медичи.
Джованни оказался прав, в этот раз привели под сотню девушек и юношей, так что глаза у кардиналов разбежались, каждый оставил себе по пять, а то и по шесть заинтересовавших их спутников. Они отправились отдыхать с новыми пассиями, а мы с Джованни остались на креслах и под фонтаном, несущем прохладу.
— Иньиго, — неожиданно смущённо он обратился ко мне, — мне неловко это говорить тебе, но меня завалили просьбами о знакомствах с тобой.
— С какой целью? — удивился я.
— Подбором тебе невесты, — заявил он, отчего я лишь тяжко вздохнул.
— Зачем? — удивился я, — я вроде пока не ищу себе никого.
— В этом то и дело! — он направил на меня указательный палец, — обычно все договариваются с главой рода, но ты у нас уникальный случай, поскольку как бы это лучше сказать, чтобы тебя не обидеть…
— Ой Джованни, говори, как есть, ты сам знаешь, что меня попросили не лезть больше к Мендоса, как и прикрываться именем рода, — отмахнулся я, поскольку это не было секретом.
— Да, — кивнул он, — поэтому запросы о том, чтобы ты познакомился с флорентийскими девушками пришли к тебе через меня.
— Ты знаешь ситуацию с Галеаццо Мария, — покачал я головой, — у меня вообще нет настроения на веселье, так что ответь всем желающим со мной познакомиться, вежливым отказом.
— Иньиго, ещё раз хочу напомнить, пока папа в городе, никаких скандалов, так попросил отец, — серьёзно сказал Джованни, смотря на меня прямо, — решим всё после его отъезда.
— Ты знаешь, как я уважаю синьора Козимо, так что смирился и жду, — тяжело вздохнул я.
— Не волнуйся, он в курсе ситуации, просто не может с тобой сейчас встретиться, — заверил меня собеседник.
— Я понимаю, — и я действительно понимал, что политика превыше всего, а сейчас, пока Пий II был в городе, ни тени не должно было упасть ни на него самого, ни на дом Медичи, поэтому приходилось правда смириться и ждать.
Круговерть бесконечных праздников и развлечений продолжилась, так что с Козимо Медичи мне удалось встретиться только после отъезда папы и всей его свиты. С кардиналами мы также тепло попрощались, и они отбыли вслед за Пием II, печалясь, что не могут остаться во Флоренции дольше.
Вместе с отъездом папы, вскоре съехали и миланцы, а следовательно, было пора и мне собираться в обратную дорогу, но оставалась всего одна встреча для этого. И она состоялась на следующее утро, после отъезда Галеаццо Мария. Джованни зашёл за мной и позвал за собой, заведя в кабинет отца, который уже ждал нас.
— Иньиго, доброе утро, — поприветствовал он меня, показывая за стул напротив.
Я сел и рядом со мной, сбоку устроился и Джованни.
— Сразу чтобы ты понимал, я приношу тебе свои извинения, что случившееся произошло под крышей моего дома, — начал синьор Козимо серьёзно. — как хозяин я приношу тебе свои извинения.
— Синьор Козимо, я вас ни в чём не виню, — заверил его я, — это вина только Галеаццо Мария.
— И тем не менее, часть моей вины в случившемся есть, — покачал он отрицательно головой и протянул мне обратно тот вексель, который я ему привёз, — сорок тысяч, компенсация за служанку и мои извинения.
Я прекрасно понимал, что никакая служанка столько не стоит, а этот вексель, просто отступные мне, чтобы я успокоился и не начинал войну со Сфорца, будучи партнёром Медичи. С одной стороны, он был прав и любой на моём месте так и сделал бы, а вот со второй, что-то внутри меня не давало мне просто так спустить это на тормозах, но поскольку Медичи оставались моим главным партнёром, на текущий момент мне нужно было сделать вид, что я забыл конфликт.
Я протянул руку и взял вексель.
— Дело замято, — заверил я его со своей самой искренней улыбкой, — хотя если бы ещё передо мной извинились, было бы значительно лучше.
— Иньиго, — вздохнул Козимо Медичи, — Джованни должен был тебе рассказать, что Миланское герцогство — наш самый надёжный партнёр, начинать конфликтовать с Франческо Сфорца из-за служанки, никто из нас не готов. Я понимаю, твоя честь пострадала, но пожалуйста, пока ты наш партнёр, не устраивай свою месть. От этого пострадаем все мы.
— И в мыслях не было, синьор Козимо, — заверил я его, показав на вексель, — происшествие замято.
