– Сигналы-то со всей Москвы идут, – значительно сказал безопасник, словно позабыв, о чём только что говорил. – Ворьё мелкое, паразиты, мошенники, оккультисты, теперь вот нежить ещё… Как будто обострение у всех, честное слово. А нам тут не чихни без двадцать раз подписанной бумажки. Я так думаю, в Управе у нас нечисто.
– Леший его знает, – буркнул Мишка.
– Знает, безусловно, – серьёзно подхватил Викентьев. – Если нашего диверсанта вся окрестная нежить слушается. Тут не то что третьей статьёй пахнет – тут первая в полный рост, за угрозу сообществу.
– Евгений Валерьевич, это ж невозможно, – мягко укорил безопасника Старов. С надзором в этом плане проще, они про нежить всё знают. – Ну, то есть, может, тут кто дурака и валяет, но с нежитью – никак. Не известно такое науке.
– Вы у нас ребята продвинутые, – вздохнул Викентьев. – Цвет современной магии. Если б мне Александр Михайлович поговорить с вами дал нормально, может, вместе что-нибудь и выяснили бы… Костя Чернов – в девятом поколении маг, представляешь, сколько он всего знает?
– Костя-то да, – пробормотал Мишка, потому что безопасник ждал ответа.
– А я его всё поймать не могу. То занят, то на выезде, – пожаловался Викентьев. – Зарецкий – тот вообще на людей кидается, как вы его терпите – ума не приложу.
– Он хороший спец, – вступился за приятеля Мишка.
– Может, и хороший, только с людьми работать вообще не умеет. А у нас тут как раз про людей, – Викентьев развёл руками. – Это нежить в своих законах живёт, как в силках, а человек – существо изворотливое. Я как подумаю, что та сволочь, к примеру, в Магсовете заседает – так и хочется всех к следственной присяге и расспрашивать по очереди…
– Евгений Валерьевич, я пойду, наверное, – выдавил Старов, отодвигая недопитый чай. – Мне ещё… по делам надо.
– А, извини, – Викентьев поднялся и зачем-то щёлкнул пультом от кондиционера. – Давненько выговориться не доводилось. Ты не бери в голову. Мне иногда под вечер кажется, что пора врачам без боя сдаваться, так голова пухнет. Только стимуляторы и спасают…
От стимуляторов Старов зарёкся. В прошлый раз всё оказалось в точности так, как Ира сказала: час-другой бодрствования, половина суток кошмарной головной боли. Вернувшись в кабинет, Мишка покосился на зло стучащего по клавиатуре Костика. Неужто на одном чувстве долга держится? Ничем особенным в кабинете не пахло, но так и кондиционер не зря трудится.
– Кость, – осторожно позвал Старов. Коллега поднял от монитора хмурый взгляд, но далеко и надолго посылать не стал. – У тебя диаграмм поведенческих нету?
Чернов дёрнулся, будто его током тряхнуло, и буркнул:
– Тебе зачем?
– Ну как… Аномалии сопоставить.
– В архиве возьми, – нервно отрезал коллега.
– Там за прошлый год только. У тебя ж отец столько лет в науке работал, может, осталось чего?
– Вряд ли, – Костя сердито наморщил лоб. – Он по ментальной магии защищался, а не по нежити.
– Так это ж рядом всё, – пожал плечами Мишка. – Менталкой-то только нежить и пользуется.
– Много ты понимаешь, – возмущённо фыркнул Чернов. – Там областей теории – выше крыши.
– А практики?
– А практика в докторской никому не нужна, – рявкнул Костя. – Чего тебе надо, Старов? Сдал бумаги – ну и вали домой.
– К шефу зайду и поеду, – вздохнул Мишка.
Ему пришло в голову, что досконально пересказывать Верховскому малоприятный разговор с безопасником вовсе не обязательно.
– Ну всё, хорош трудиться! – громогласно объявил Макс и спрыгнул с кресла. – Пора радоваться жизни и предаваться мелким порокам.
– И что за пороки у нас в планах на вечер? – промурлыкала Ксюша.
– Ничего особенного. Чревоугодие, лень и прочий гедонизм, – сообщил неугомонный Некрасов. – Ярик, бросай скучать, пошли с нами!
– Я без подарка, – Зарецкий усмехнулся, отвлекшись на миг от монитора.
– Лучший подарок – это счастливые улыбки коллег! – пропел Макс, запихивая в рюкзак скомканную толстовку. – Может, нежить один вечерок посидит тихо, а?
– Ради тебя – обязательно, – заверила его Тимофеева.
Сдав дежурство, Оксана умудрилась успеть смотаться домой и вернуться в Управу в элегантном платье и с безупречной укладкой. Ире подобная роскошь была недоступна; оставалось довольствоваться малым – распустить строгий узел и надеяться, что чуть более легкомысленные, чем обычно, блузка и юбка выглядят достаточно празднично. Макса, по крайней мере, устраивало.
– Ну? Что насчёт должностного преступления? – поинтересовался Некрасов. Оксана, уже стоявшая у двери, одобрительно хихикнула.
– Подумать страшно, – флегматично протянул Зарецкий. – Если засидитесь за полночь, я, так и быть, к вам присоединюсь.
– Договорились, – Макс состроил серьёзную мину. – Мы пока для Костика подробный отчёт составим. Да, Ир?
Он по-хозяйски обнял Иру за плечи и поцеловал в щёку. Прямо при всех! То есть, конечно, здесь нет Чернова, Старова и бедняги Андрея, и начальника, к счастью, тоже, но всё-таки… Тимофеева благосклонно улыбнулась и не преминула прокомментировать:
– Это в отчёт не включаем.
