Костя продолжал спать. Я прилегла рядом и обняла его, уткнувшись носом в плечо. Было слышно, как в коридоре кто-то бродить и пытается открыть двери. Ручка задёргалась, я усмехнулась. Без ключей сложно войти в комнату, только если дом сам не распахивает дверь перед тобой.
— Ты вернулась, — Костя накрыл ладонью мою руку и печально вздохнул.
— Твой племянник приехал, — сказала я.
— Костик? — удивился он.
— Мальчик вырос и стал похож на тебя, — я приподнялась и поцеловала мужа в щёку.
Тогда мне хотелось сбежать от него без оглядки, от нежности и заботы, безмерной любви, от которой задыхалась. Город был полон страха, орудовал маньяк, а я желала начать новую жизнь. Костя чувствовал во мне перемену настроения, допытывался, но всё заканчивалось ссорами.
— Я скучаю по тебе, — в приоткрытую форточку ворвался холодный ветер.
Костя осыпался серым пеплом на кровать. Память стала подводить меня, а может, я больше не хотела ничего хранить в этой спальне. Он сделал свой выбор. Я поднялась с кровати и подошла к двери, зажгла масляную лампу, а потом покинула комнату.
Солнце почти село за верхушки сосен, под ногами хлюпала грязь и несло тиной. Болото встретило меня с радостным чавканьем. Надо было поторопиться, чтобы не застрять здесь до утра. Тропинку я знала хорошо, обошла топкие места и быстро добралась до дверей. Одна вела в тёмную комнату, а вторая в старенькую квартирку моей знакомой. Я поставила масляную лампу на землю, а потом открыла дверь в тёмную комнату. Чернота с жадностью поглощала свет. Конечно, стоило выбрать другой путь, я была уверена, что племянник Костик гостит у моей знакомой. Но чтобы нам благополучно выбраться из вереницы комнат, требовались ключи. Серебряный открывал всего три двери, а мне не хватало универсальной отмычки или на худой конец ключа, меняющего реальность.
Все потерянные вещи в доме оседали в тёмной комнате. Я оставила дверь открытой и осторожно переступила порог. Со всех сторон тут же послышалось цоканье и шипение. Я наклонилась и начала подбирать вещи с пола. Мне попался старый медвежонок с вырванным глазом, разбития кружка, книжка, которую не дочитал Костя. Цоканье неумолимо приближалось. Я услышал, как шелестят хитиновые пластины на тонких ножках паука. Внутри всё задрожало от страха. Эти твари больно кусались, впрыскивая в кровь жгучий яд. Удача оказалась на моей стороне, под руку попала шкатулка. Я не стала больше испытывать судьбу и выбежала из комнаты, захлопнув за собой дверь.
Масляная лампа разгорелась ярче. Я опустилась на колени и взглянула на свою добычу — чёрный ключ от ворот кладбища. Вот тебе и удача.
Ночь опустилась мне на плечи. Я сжала ключ от ворот кладбища в ладони, сердце зашлось в тревоге. Удачу никогда не поймёшь, она всё время заводит в такие дебри, что поди выберись из них живым. Туман пополз с болота, затягивая траву и кусты голубики. Думала ли я о том, чтобы остаться навсегда в одной из комнат дома? Много раз, но так никогда и не решилась, наверное, слишком сильно любила жизнь. Я усмехнулась и поднялась с колен, приблизилась к двери и толкнула её внутрь.
Нелля Николаевна наварила борща, чудесный аромат раздразнил меня. Я плотно затворила за собой дверь и прошла в комнату. Племянник Костик сидел за столом и хмуро смотрел на радушную хозяйку, та успела уже выпить и что-то ему втолковывала. Около дальней стены стояла железная кровать, на которой дрых незнакомый мужик. Память Нелли Николаевны выдавала странных типов, а один раз я даже на застолье попала.
— Ой, какие к нам гости пожаловали! — она, наконец-то, заметила меня, вскочила со стула и обняла. — Борщ будешь?
— Наливай, — кивнула я и присела напротив Костика.
— Что здесь происходит? — шёпотом спросил он.
— Нелля Николаевна собирается нас угостить борщом, — спокойно ответила я, поставив масляную лампу на край стола.
— Откуда она взялась?! — не унимался Костик.
— Как-то зашла к нам в гости и осталась, — улыбнулась я, конечно, всё было по-другому.
Я не знаю, откуда её притащил муж, но чуть с ума не сошла от их трёхдневного застолья. Костя был уверен, что дом примет её в одну из комнат. Я так сильно устала от них, что просто ушла с кухни. Каким-то образом Костя затащил её на второй этаж и началась свистопляска. Нелля Николаевна долго кричала, пока её не затянуло в какую-то комнату. Если честно, мне до сих пор было неловко перед ней.
— Я пытался вернуться в коридор, — Костик показал обожжённые ладони. — Но ручка стала горячей, ничего не получилось.
— Нужен ключ, чтобы ходить по дому беспрепятственно, — я отломила кусочек хлеба и принялась его жевать.
— Он есть у тебя? — с надеждой спросил Костик.
— Нет, — усмехнулась я.
