Светка полоскалась в ванной, стиралась. Она вышла из ванной потная, в сарафане в горошек. Светка лицом была в отца… Такой же узкий нос, серые глаза.
– Мама, проходи в комнату. Сейчас я освобожусь. Быстро.
Был включен телевизор. Она села на диван.
– Ну, Вадим, рассказывай, как у тебя дела?
– Дела идут! – бойко ответил Вадим.
И голос был как у отца.
– А где Леночка, в школе?
– Да.
– Скоро тоже пойдешь в школу?
– На следующий год.
В комнату прошла Светка.
– Последний порошок истратила, – объявила она. – Ни порошка больше нет, ни денег. Мыло еще есть хозяйственное.
– Садись, чего стоишь. Тяжелая жизнь пошла. Россия совсем обеднела с этими рыночными реформами. У меня Андрей все правительство ругает. Коммунист. На выборах президента за Зюганова голосовал. Он на меня даже обиделся, когда я сказала, что за Ельцина голосовала. Вчера с работы консервы принес. По полгода на предприятиях не выплачивается зарплата. Как люди живут, я не знаю.
– Так и живут, бедствуют. Игорь у меня тоже все ругается, недоволен Ельциным. Знаешь, мама, а все-таки лучше стало. Помнишь, за водкой была драка, отпускали по одной бутылке. А сейчас пожалуйста, хоть ящик бери. Были бы деньги.
– Да, были бы деньги. Я теперь, Светка, не пью. Напилась. Врачи запретили мне пить.
– Конечно, мама, надо поостеречься. Жизнь одна. Надо сразу бросать пить
– Я от кого-то слышала, что сразу бросать пить вредно.
– Нет. Надо сразу бросать.
– Буду ходить на лыжах, бегать, вести правильную жизнь. Я в больнице это решила. Страшно мне тогда стало. Попила я за свою жизнь. Хватит. А то вон напилась – из холодильника у меня все вытащили. Вот у людей совесть. Ведь вместе пили. Как так можно?
– По пьянке, мама, все можно. Пьяному море по колено.
Нет, она не смогла бы взять чужое, хоть и пьяная была бы, зря Светка так говорила.
– Мама, я сейчас чайник поставлю.
Она не верила, что можно так сразу бросить пить, как Светка говорила. Люди годами лечатся и вылечиться не могут, а тут – сразу. Сказать можно все. Она прошла на кухню. Светка достала из навесного шкафчика печенье, конфеты, налила чай.
– Светка, я вот думаю, хорошо бы мне устроиться на работу, меньше будет тянуть пить. Куда устроиться? Молодых не берут, а меня, старуху, возьмут…
– Да, конечно, с работой трудно.
Она жалела, что рассказала дочери про свою новую жизнь: Светка ничего не сказала: ни да, ни нет, одобрила, не одобрила. «А может, Светка не хотела этой новой жизни, – думала она. – Раньше вместе пили».
– Мама, тебе еще налить чаю?
– Спасибо. Пойду я, наверное. Дома полежу, отдохну до прихода Андрея
– Мама , в выходные Игорь собирается на рыбалку. Если поедет, я вам рыбы принесу.
– Свежая ушица – хорошо. Я люблю. Это Андрею все подавай мясо. До свидания.
Она пошла еще в третий гастроном, где работала, посмотреть. Дружный был коллектив. Собирались вместе после работы, выпивали, а то прямо на работе отмечали день рождения – и ничего, работали. Сейчас все в магазине по-другому. Ассортимент стал лучше, товара больше. Продавцы все новые, молодежь. За какие-то три года все изменилось. Стало лучше, хуже – она еще до конца не поняла. Скоро должен прийти Андрей. Может, деньги дадут. Обещали еще на прошлой неделе дать. Так вроде все было дома – картошка, капуста, крупа… Но все равно без денег было плохо. Мало ли что купить надо – и денег нет.
***
