Мир содрогнулся в те трагические дни сентября, когда тьма захватила Школу осетинского городка Беслана и взяла в заложники детей и их учителей. Мы не устанем оплакивать детей, погибших в здании Школы, и оплакивать учителей, которые тоже погибли, защищая своих учеников от злобы, мщения и насилия.
Мы не устанем проявлять сострадание к родителям погибших детей, к родным погибших учителей.
И, конечно же, безмерно сорадуемся тем, которые остались в живых и которым всем миром была построена новая Школа.
Может быть, некий учитель скажет своим ученикам: «Видите, дети, нельзя доверять всем взрослым, среди них много плохих!» А другой, может быть, скажет иное: «Дети, видите, как весь мир протянул нам руку помощи! Есть и хорошие люди, не все плохие!»
Через детей Беслана люди узнали, что есть Дети!
Помогли им, подлечили их, повозили их в разные страны и города, чтобы проявить ласку и оказать внимание.
И дело кончилось.
Неужели мир ждёт другого содрогания, когда где-то некие террористы похитят детей, или где-то некоему ребёнку, тяжело больному, понадобится неотложная помощь?
Только нужно будет, чтобы об этом затрубило телевидение.
Ждать нового Беслана не надо.
Беслан – каждый день и на каждом шагу.
В одних школах детей отбирают – «хороших» оставляют себе, «плохим» закрывают двери.
В других школах детей «любят» по мере материального положения семьи: дети богатых – в большом почёте, дети бедных – в меньшем почёте.
Есть школы, которые с лёгкостью избавляются от «необучаемых» и «невоспитуемых» подростков: уходите, говорят им, школа не для вас.
Есть школы, где грубость и насилие торжествуют как лучшие методы воспитания и обучения.
В одних школах учителям нет дела до судеб детей, они больше озадачены своими судьбами и положением.
В школах сокращается количество классов, говорят – снижается рождаемость.
А в стране бомжуют два миллиона детей!
Кто-то поправит меня: не два, а восемь! Но мне больно в это верить.
Может быть, подождём, когда группа террористов захватит в заложники хотя бы десять из них, чтобы всем миром проявить к ним милосердие?
Два миллиона детей-бомжей!
Разве они не заложники?
Но где террористы, которые превратили их в заложники?
Где армия спасения этих детей?
Террористов не видно – они чинные люди.
А армия спасения дорого обойдётся.
И мы тоже, оказывается, ограничены духом: чем
больше детей в беде, тем у нас меньше горя.
Вот какое безбожие и бездуховность!
Горе настоящее!
Жила-была Истина Школы.
Чистая, полная, Богом сотворённая.
Она обслуживала школы всех планет Вселенной и всюду несла Божью Мудрость.
«Помогу землянам», – сказала она и спустилась на планету Земля.
Прилетела к директору первой земной школы, с надеждой, что ей порадуются.
– У меня мало времени, – предупредил директор, – скажите коротко, что вам надо?
Он был погружён в бумаги и не взглянул на Истину, её обаяние не задело его.
– Я – Истина Школы, примите меня…
Но директор грубо оборвал её.
– Какая ещё Истина… У нас тут своя истина! – загремел он и, не поднимая головы, указал Истине на дверь.
Огорчилась Истина. Не ожидала такого. Полетела она к директору второй земной школы. Тот мельком взглянул на неё, ибо остановить взор на ней не смог.
– Что вам нужно? – спросил он подозрительно.
– Я – Истина Школы, примите меня! – попросила она умоляюще, – Я могу…
– Истина Школы?! Впервые слышу о такой профессии… Какое у вас образование? Какой опыт? Хулиганов держать в руках умеете?
– Но я же Истина, во мне опыт миллионов лет… Берите мою мудрость…
– Знаю вашу мудрость, – перебил директор раздражённо, – любить детей, ведь так?
Истина кивнула головой:
– Так, но…
Быть к ним справедливыми, не так ли?
– Так, но…
– Какое ещё «но»! Воспитывать их гуманно, так ведь?
– Так, но… – проговорила Истина смущённо.
Она хотела сказать: «Так, но нужна вера в Творца».
– Директор не дал ей высказаться.
– Поработайте с вашей мудростью где-нибудь в другом месте, приходите потом, может, примем!
И разговор закончился, директор спешил на совещание – «Борьба против того, чего хотят ученики». Обиделась Истина. Прилетела она к директору третьей земной школы.
– Я – Истина Школы!.. Примите меня!..
Директор готовил отчёт для аттестации школы.
– И чего нам от вас ждать?
– Он посмотрел на неё и почему-то покраснел.
Истина произнесла все святые слова и закончила:
– Бог… Вера… Гуманность…
Директор хитро прищурил глаза, задумался.
Потом приказал:
– Пиши заявление!
Счастливая Истина тут же написала заявление.
Директор наложил резолюцию и вызвал заместителя по хозяйственной части.
– Выполняй! – приказал ему и передал заявление.
Заместитель по хозяйству забрал Истину, поместил её в большую красивую рамку и вывесил на стене на самом видном месте.
Приходили родители, знакомились с Истиной Школы.
– Мда… – говорили они и отдавали своих детей в эту школу.
Приходили проверяющие, читали и перечитывали Истину Школы, вывешенную на стене.
– Мда… – говорили они задумчиво.
И писали о школе хвалебные слова.
То и дело подходили к вывеске учителя, грустно глядели на Истину.
– Ну и ну! – проговаривали они смущённо и отходили.
Однажды заметили Истину Школы дети.
