– Поощрения и наказания уже не безвредные средства, а лекарства, которые вытесняют болезни из организма другой болезнью.
– Чем менее нуждается школа или семья в этих, иногда необходимых, но всегда лекарственных и потому ядовитых средствах, тем лучше.
В чём дело, Учитель? Почему эти ядовитые средства иногда необходимы? Когда это – иногда, и каковы причины этого иногда?
Константин Дмитриевич успокаивает меня следующими своими размышлениями:
– И пусть педагог не забывает, что если поощрения и наказания остаются и до сих пор необходимы для детей, то это показывает только несовершенство искусства воспитания.
А если искусство воспитания и обучения будет совершенно?
Ясно, тогда отпадёт необходимость в этих «лекарствах». И если кто из учителей и воспитателей достиг в себе совершенства, то для него эти авторитарные средства станут немыслимыми.
Продолжаю выписывать постулаты.
– Лечат только больного.
– Но, к несчастью, в наше время болезни нравственные весьма обыкновенная вещь, а наше домашнее воспитание и устройство школ таковы, что не только не уничтожают зачатки нравственных болезней, но часто развивают их с ужасающей быстротой и силой, так что для излечения их приходится прибегать к ядам, вытесняющим одну болезнь и поселяющим на её месте другую.
– Таковы все наказания и поощрения, действующие сильно на детское самолюбие, а также основывающиеся на одном страхе, чувстве боли и т. п.
– Много говорили у нас о том, чтобы выгнать все наказания из школы, но рациональнее было бы требовать такого устройства школ, при котором награды и наказания сделались бы ненужными.
«Такое обустройство школ» – иначе, гуманное обустройство!
– Моральные сентенции едва ли даже не хуже наказаний; приучая детей слушать высокие слова нравственности, смысл которых не понят, а главное, не прочувствован детьми, вы приготовляете лицемеров, которым тем удобнее иметь пороки, что вы дали им ширмы для закрытия этих пороков.
Вот ещё страницы, которые указывают нам путь утверждения гуманности в образовании.
Человека можно развить гуманно не только изучением классических языков и так называемых гуманитарных наук, но ещё гораздо более и прямее:
религией,
языком народным,
географией,
историей,
литературой,
природой.
Только надо, чтобы они давали пищу духу, которая развивает и укрепляет его.
Реализм и гуманизм можно найти в каждой науке, и различие будет заключаться собственно не в различии наук, но в различии способа их изучения.
Можно из истории сделать реальную науку, можно из Закона Божия сделать тоже реальную науку. И наоборот, можно арифметикой и химией развивать гуманность в человеке, и даже обучение грамоте можно сделать гуманным и реальным.
В гуманно-образовательном влиянии учения надобно отличать собственно два влияния: влияние науки и влияние самого учения.
Уничтожьте школьную скуку, – и вся смрадная туча, приводящая в отчаяние педагога и отравляющая светлый поток детской жизни, исчезнет сама собой.
Это мысли Константина Дмитриевича Ушинского.
Спешу задать вопросы Учителю:
– Что значит «религиозный элемент» и какую роль играет он в гуманизации образования?
Ответ: Если мы не ставим религию средоточием гуманизации образования, то только потому, что она должна стоять во главе его, и потому, что вообще не ставим религиозного воспитания в числе наук.—
В чём различие между религией и наукой?
Ответ: Наука изучает только постижимое, религия устремляет дух человека к вечному и вечно непостижимому. Сознательная мысль есть основание науки; врождённая каждому человеку вера – основание религии.
– Что вы скажете о религии в образовании?
Ответ: Для многих наша народная религия, как необходимый элемент воспитания, кажется требованием излишним и стеснительным. Тем не менее, не только всякий воспитатель, но даже всякий, кто не хочет показать, что он не любит и не уважает своего народа, должен, если не с любовью, то с глубочайшим уважением прикасаться к тем его убеждениям, с которыми неразрывно срослось всё то, что есть лучшего в его народе.
– Учитель, надо ли нам воспитывать религиозность?
Ответ: Задача истинного воспитания в данном случае ограничивается только доставлением детям возможно более широкого материала для их свободного религиозного творчества.
– И как это может произойти?
Ответ: Религиозное развитие ребёнка должно быть плодом его самостоятельного, самобытного творчества, в результате которого ему должна быть дана возможность прийти к своей собственной религии, выросшей свободно и естественно изнутри, а не навязанной путём прямого или косвенного насилия извне.
– Значит, если я вас правильно понял, религиозный элемент одухотворяет и гуманизирует образование, так?
И я чувствую ответ Учителя: так!
Быть мастерской гуманности – это есть Истина Школы, а гуманность в образовании неразделима с религиозностью – это и есть Истина Школы.
Друзья Школы!
Поможем Родной Школе!
Нужно обновить знания, которым учим!
Спешат чудесные открытия!
