– Какая красота! – восхитились они, – Как было бы здорово, если бы у нас всё было бы так, как она!
И только их чуткое сердце и тонкое зрение увидели, что Истина плачет.
– Ей здесь плохо… – сказали они, – Давайте отпустим её на волю, раз в нашей школе ей грустно…
Может быть, найдёт другую школу, где ей будет хорошо!
Они сняли со стены раму, разбили стекло и сказали Истине:
– Лети… Если не нам, может быть, достанешься другим!
Истина полетела к директору четвёртой земной школы.
А директор третьей школы объявил вознаграждение тому, кто выдаст правонарушителя, сорвавшей со стены собственность школы, а самому правонарушителю обещал строгое наказание.
Истина Школы в это время сидела уже в приём ной директора седьмой земной школы.
Предстанет она, наконец, перед ним, произнесёт все святые слова и закончит: «Бог… Вера… Вера в Творца…» Однако поймёт ли директор, что незримое присутствие Бога в духовной сущности образована есть Истина Школы? Или же посадит он эту Истину в клетку как экзотическую птичку и передаст в кабинет биологии, чтобы ученики любовались её красотою?
Истина в приёмной, но директор не спешит eе принимать, он пока занят.
Но это же Седьмая земная Школа!
Директор этой школы, стало быть, иной мыслитель.
Сам ищет Истину. И вдруг она озаряет его сердце, его разум.
Он сперва растерян.
Потом сосредоточивается.
Перебирает каждое слово Истины, задумываете; над каждым святым словом.
Потом раскаивается.
Потом собирает в себе всё своё мужество, волю все свои духовные силы и устремляется к свершению Истины Школы.
Где завучи?
Соберите всех учителей!
Соберите всех учеников – всех, всех!
Соберите всех родителей!
Поймите Истину Школы! Начнём жить в Истине Школы!
Кто порадовался и остался рядом с директором.
Кто возмутился и покинул его. Может быть, станет врагом.
Кто не понял, но чувствознание подсказало: будь рядом!
А ученики – все, все, все – восхитились красотой Истины и мужеством директора.
Истина сложила в Школе Педагогический Ансамбль.
Начались репетиции.
Приходите через семь лет – на торжества Истины Школы!
Друзья Школы!
Поможем Родной Школе!
Надо, чтобы в ней воцарилась гуманность, а господствует пока авторитарность.
Что есть гуманность?
Открываю томик Метра мировой педагогики, из серии Антологии Гуманной Педагогики. Там я нахожу мудрое наставление.
«Нам кажется, – скромно размышляет Константин Дмитриевич Ушинский, – что под именем гуманного образования надо разуметь вообще развитие духа человеческого и не одно формальное развитие».
Значит, человек гуманный – это не просто человек добрый, человечный, справедливый и тому подобное. Все эти свойства есть проявление его сути, а не сама суть. А суть в том, что «хумен» означает: смертный, познающий в себе бессмертие; смертный, ищущий в себе связь с Всевышним. Этот поиск, этот процесс познания и есть развитие духа, есть духовность, духовная жизнь.
Человек, ищущий в себе Бога, познающий свою бессмертную сущность, проявляет это в том, что любит, творит добро, познает мир и людей, все вокруг, он человечен, справедлив. И учится этому, делая всё это сознательно, целенаправленно, искренне. Тем самым утончает, совершенствует, развивает свой дух, становится свободным, внутренне богатым и творит свою духовную жизнь.
Устремлённость к постижению воли духа уже есть духовность, есть вера в Бога.
Может ли он творить зло?
Нет, не может, ибо оборвётся нить с Высшим.
Если образование будет наполнено смыслом дать ученикам путь к самопознанию, к постижению в себе Истины, каким будет это образование?
Будет гуманным.
Оно и устремит их к творению добра, и научит, как это делать, научит добромыслию, доброречию, будет взращивать в них любовь.
Это будет гуманным образованием.
Оно будет гуманным ещё и потому, что подход к ребёнку станет сущностносообразным, личностносообразным. Гуманный образовательный процесс не может пользоваться насильственными мерами.
Метр педагогики объясняет: «Всё школьное учение и вся школьная жизнь должны быть проникнуты разумным, религиозным и нравственным элементом. В школе должна царствовать серьёзность, допускающая шутку, но не превращающая всего дела в шутку, ласковость без приторности, справедливость без придирчивости, доброта без слабости, порядок без педантизма и, главное, постоянная разумная деятельность. Тогда добрые чувства и стремления сами собой разовьются в детях, а зачатки дурных наклонностей, приобретённые, быть может, прежде, понемногу сгладятся. Это, так сказать, гигиеническое влияние школы действует незаметно, но чрезвычайно сильно и прочно. Оно гораздо важнее того патологического влияния, которое оказывает школа поощрениями, наказаниями и моральными наставлениями».
Не могу оторваться от страниц книги, где Учитель учителей размышляет о поощрениях и наказаниях.
Вечный спор педагогики, вечный, потому что авторитарная педагогическая мысль не может представить себе образовательный процесс без поощрения и без наказания, а гуманная мысль не может привыкнуть к этим насильственным способам.
Выписываю постулаты Учителя:
