Во время первого акта Джейн так и не осмелилась коснуться его руки, и возлагала большие надежды на второй. Но сейчас решила, что будет полной дурой, если попытается сделать это. Бенедикта гораздо больше интересовала Патриция, а она была для него ничего не значящим членом семьи. Нет, не стоило ей навязываться ему. Пусть и дальше любуется своей несравненной графиней! Джейн даже скривила лицо, передразнивая ту.
Но самым большим ударом для нее оказалось то, что после представления Бенедикт вдруг объявил, что поедет домой в экипаже леди Беккер. Патриция тут же вмешалась и пояснила, что им необходимо обсудить планы относительно завтрашнего дня и осмотра новых домов. Вот теперь Джейн решила, что кроме стыда Бенедикт потерял еще и совесть. И хотя она промолчала, но в ее взгляде отчётливо читался упрек. Правда, никто этого упрека не заметил, так все были заняты разговором между собой.
Бенедикт проводил ее до экипажа и сказал, что скоро вернётся, а затем отправился за леди Беккер к ее карете. «Предатель!» — чуть не выкрикнула она ему в спину. «Предатель» — ещё раз повторила про себя и опустив голову, свела брови к переносице. В носу неприятно защипало. Как же ей было плохо…
Глава 45(1)
Экипаж тронулся в путь. Бенедикт с нетерпением ждал, когда Патриция заговорит. Но она молчала. Было заметно, как она не могла решиться начать разговор. Ее руки то сжимались, то разжимались, а взгляд напряжённо застыл на его груди.
— Леди Беккер, что случилось? — решил он подтолкнуть ее к откровенности. — Что вас так взволновало? Я так понимаю, это касается меня?
Патриция подняла на него несмелый взгляд и с горечью воскликнула:
— Как бы я хотела ничего не видеть и не слышать! Роль плохого вестника совсем мне не по душе. Такие известия нужно сообщать врагу, а не хорошему другу, — ее лицо приняло скорбное выражение, словно сейчас на своих плечах она несла непосильную ношу. — Но и промолчать было бы несправедливо. Милорд, за наше с вами короткое знакомство я успела немного узнать вас, и понять, насколько вы благородный, чуткий и честный человек. Как я уже говорила, вы очень похожи на моего мужа, и я не могу позволить, чтобы кто-нибудь за вашей спиной поступал с вами подло и низко. Но то, что я собираюсь рассказать, требует от меня мужества и смелости, — она сделала паузу и шумно втянула через рот воздух, всем своим видом показывая, насколько тяжело ей говорить.
Смотря на Патрицию, Бенедикт всё больше мрачнел. Он уже догадался, о какой правде пойдет речь. И понимание этого заставляло его до скрипа в ладонях сжать кулаки. Одно дело, когда только он знал о тайных взаимоотношениях Джейн и Уильяма, и совсем другое, когда о них узнавал совершенно посторонний человек.
Прежде чем продолжить говорить, Патриция вся подобралась.
— Милорд, Бенедикт, повторюсь, мне очень трудно говорить об этом. Но обманывать вас я тоже не хочу. Вы достойны лучшего. Когда в антракте я пошла за своим веером, то совершенно случайно увидела вашего брата вместе с леди Джейн. Я может и не обратила бы на них внимания, если бы они не стояли совершенно одни в таком месте, где их не сразу можно было заметить. Но и в этом не было бы ничего странного, если бы только они… — щеки Патриции вспыхнули, — … они не стояли слишком близко друг к другу, а руки Уильяма не лежали на ее талии. Они оба не сводили друг с друга глаз и о чем-то тихо беседовали. А потом они потянулись друг к другу. Что было дальше, я уже не видела, так как бросилась бежать прочь. Мне было настолько не по себе от увиденной сцены, что я больше не могла наблюдать за ними. Бенедикт, простите меня, — она с силой сцепила пальцы между собой. — Я не представляю, какого это услышать подобное известие. Мне хотелось бы сказать вам что-то совсем другое, веселое, хорошее, но к сожалению, как настоящий друг, я должна быть с вами предельно откровенной, и поведать вам горькую правду. Конечно, вы можете не поверить мне. Да я и сама была бы рада ошибиться! Но мой опыт говорит мне об обратном. Они слишком откровенно выражали свою друг другу симпатию. Ещё раз, простите меня за эти слова.
Бенедикт склонил голову и с силой потёр лоб.
— Вы здесь совершенно не при чем. В этой ситуации нет вашей вины. Вы лишь передали мне то, что увидели собственными глазами.
Вдруг, Патриция пересела к нему на сидение и взяв его свободную руку в свою, крепко сжала.
— Нет, не будьте ко мне так добры. Если хотите, накричите на меня, разозлитесь, скажите всё, что думаете обо мне. Обзовите лгуньей, что я всё это выдумала! Я пойму вас. Не держите всё в себе. Я прекрасно сознаю, насколько трудно узнать такое о своей жене и брате. Как же мне хочется вам помочь. Скажите, что мне сделать, чтобы облегчить ваши страдания?
