Джерард изо всех сил старался говорить спокойно. Но чем больше проходило времени, тем сильнее саднили царапины на руке, напоминая, что в отличие от Этеров, он никакого обряда в храме «Истиной веры» не проходил. Отгонять дурные мысли становилось все труднее.
В любой другой ситуации Джерард уже рассказал бы о случившемся друзьям. Но не сейчас. Им нужно как можно скорее нейтрализовать заразу, не дать ей распространиться дальше, на другие деревни. На него вся надежда. Пока амулеты работают, бояться нечего. А после — подлечится магией, отлежится. Вон, сколько в округе источников! Всего-то и надо будет заново зарядить амулеты и ждать, пока само пройдет. На магов яд действует медленнее. Времени в достатке. Можно, конечно, попросить Амелину помочь прямо сейчас, да она и так уже выдыхается. С трудом Натаниэля в чувство привела, а сражение еще не закончилось. Поберечь девчонку надо. А он, Джерард, может, иногда и ведет себя, как засранец, но свою шкуру никогда не ценил дороже чужих.
— Оставайтесь тут, слышите?! — немного истеричный голос Зака прервал затянувшуюся паузу. — Я сам!
— Зак, ты…
Натаниэль не успел его остановить. На месте принца, расправляя крылья, уже стоял огромный дракон.
— Зак, не смей! — заорал Джерард, но тщетно: огромный ящер взмыл в небо и не спеша полетел вперед, точечно выплевывая тонкие струи пламени в попадающихся мертвецов.
— Да он рехнулся! — Натаниэль крепко сжал кулаки, ощущая полное бессилие.
Не хватало еще, чтобы с Заком что-нибудь случилось! Глупый, самоуверенный мальчишка! Всегда таким был! Тедерик как-то говорил, что драконы по природе своей инфантильны. Продолжительность жизни ящеров настолько велика, что взрослеют они не раньше трех сотен лет. Им, видимо, не суждено поглядеть на взрослого ответственного Зака. Хотя и Кевин, и сам Натаниэль всеми силами стараются приблизить этот счастливый момент. Безуспешно. Тем более что Эдвард, напротив, потакает братцу во всем.
— Нет, — замотала головой Амелина, глядя, как изрыгаемое драконом пламя расползается по округе, пожирая все новые и новые строения. — Он хочет защитить нас!
— Это я! Я должен вас защищать! И Зака — тоже! — практически закричал Натаниэль. — А все, что я могу сделать, это накрыть вас с Джедом щитом, да и то ненадолго…
Амелина закусила губу и украдкой глянула на болтающийся на поясе Натаниэля меч, ставший практически бесполезной побрякушкой. Наверное, если бы этот меч когда-то не принадлежал отцу, Натаниэль вышвырнул бы его в ближайшие кусты. Амелина не любила нарушать правила, но смотреть на тела погибших друзей, зная, что могла помочь, и вовсе невыносимо. Поэтому, коротко прошептав непонятно кому адресованные извинения, она упрямо посмотрела на Натаниэля.
— Дай сюда меч…
— Зачем? — не понял он, посмотрев на свой меч, словно увидел его впервые.
— Лина, не стоит, — упреждающе произнес Джерард, понявший замысел девушки. — Ты и так на пределе.
— Ты же видишь, я не могу быстро. А Натаниэль сможет! — парировала она. — Дай сюда, я заговорю его!
Амелина протянула руку к мечу, но Натаниэль неожиданно не позволил ей этого сделать.
— Не могу!
— Что? — Джерард думал, что ослышался. — Нейт, это может реально помочь! Да я сам бы давно начал заклинать оружие, если бы магией можно было добиться такого же результата, как молитвой.
Маги давно практиковали подобного рода заговоры, улучшая физические свойства оружия, да и орудий труда в целом. Заговоренные мечи долго не тупились и не ломались, стрелы летели точно в цель, щиты выдерживали самые мощные атаки, включая магические. Но вот легального заклинания против нежити не существовало. Это относилось к разделам некромантии и древней магии, которые после массовой казни «Братьев солнца» не просто запретили — постарались уничтожить любые упоминания о них, причем весьма успешно. Поэтому единственным способом сделать обычное оружие хоть сколько-то полезным в борьбе с нежитью были заговоры ордена «Истинная вера». Но, в силу этических соображений, максимум, на что соглашались адепты — заговаривать щиты и амулеты.
— Джед, у нас в арсенале есть вещи, заговоренные в храмах, но это не может быть оружие! Я госпоже Демут лично слово давал, что ни одна вещь, полученная в храме, не будет использована против живых людей. А наши враги, как правило, хоть и мерзкие, но все же люди! Я не могу так подставить Лину!
Он нахмурился. Было заметно, как велик соблазн согласиться, но слово, данное когда-то женщине, многократно спасавшей его жизнь, Натаниэль нарушить не мог. Амелина вдруг улыбнулась и, положив руку ему на плечо, посмотрела в глаза.
— Но ведь это не единственный меч на свете, правда? — осторожно спросила она.
Джерард прищурился.
— Она дело говорит! Что ты, в самом деле, еще один меч носить не можешь? Не такие они и тяжелые.
Натаниэль недоверчиво хмыкнул. Подобное заявления от человека, который и один-то меч с собой носить не желал, звучало странно. Но мысль Амелины ему понравилась.