Главная улица Хогсмида открывалась взору, где люди спешили и суетились, чтобы пообедать и выпить чаю. Еще не было и девяти утра, но Том твердо решил скрыться из виду, прежде чем кто-нибудь заметит, что он тут. Чем раньше, тем лучше, чем меньше глаз, тем лучше.
На главной улице Хогсмида было несколько магазинов, которые он узнал. Почтовое отделение с совами, готовящимися улететь. На углу гордо возвышался магазин приколов. Том медленно свернул в боковую улочку, ведущую на небольшой холм. На самом верху которого стояло маленькое здание. На ржавой скобе над дверью висела потрепанная деревянная табличка с изображением отрубленной головы дикого кабана, из которой на белую ткань вокруг нее капала кровь.
Табличка заскрипела, когда он прошел под ней, тихонько приоткрыл дверь и проскользнул внутрь.
Внутри никого не было, и на то была веская причина. Бар «Кабанья голова» представлял собой маленькое грязное помещение, в котором сильно пахло домашним скотом. Вонючий запах животного пота, сопровождающий коз и овец. Эркерные окна были настолько грязными, что дневной свет снаружи просто не мог пробиться. Помещение пахло пылью, освещенное обрубками лениво горевших свечей. Том не мог представить себе человека любого положения, когда-либо ступавшего в такое…грязное место. Дож хорошо все продумал.
Появился бармен, бросив на Тома оценивающий взгляд. Том тщательно следил за тем, чтобы одежда не выдавала его статус студента. Даже шарф у него был простой, темно-синего цвета. Ничего, что было бы связано с факультетами Хогвартса. Его плащ был старым, темным и обычным. Ничего странного, но все же он не мог избавиться от подозрений, скручивающихся узлом в его животе.
Бармен был угрюмого вида пожилой мужчина. Достаточно пожилой, чтобы уже быть тут, когда Том впервые поступил в Хогвартс. Возможно, именно поэтому он показался ему отдаленно знакомым.
— Что? — мужчина хмыкнул, хмуро глядя на Тома. Было так рано, что он ещё видимо не ждал гостей.
— Я здесь, чтобы кое с кем встретиться, — сказал Том тихим шепотом, прежде чем громко озвучить слова. Мужчина, казалось, не был удивлен, но у него мелькнула короткая вспышка отвращения. Возраст, как узнал Том, беспокоил только трусливых. Не было никакой тайны в том, для чего Том был вызван сюда. Если бы он поискал ее, то, возможно, увидел бы жалость в глазах бармена.
— Ага, — сказал мужчина. — Наверху первая дверь налево. Сдается на весь день.
Том всем сердцем надеялся, что ему не придется оставаться здесь так долго.
Том вошёл в комнату, маленькую невзрачную. Чистую, явно неиспользуемую часто. Рядом стоял таз с водой и кувшин, наполненный до краев. Хорошая мысль, так тут не было туалета.
Кровать заскрипела, когда Том сел на нее и стал ждать. Он уставился на часы, настолько запачканные грязью, что ему пришлось вытереть их рукавом, чтобы увидеть минутные стрелки. У него было два часа до встречи. Номер был оплачен заранее, и Том не удивился бы, если бы это было сделано анонимно. Неизвестное, вымышленное имя. Еще одна зарубка на столбике кровати и строчка в гроссбухе.
Мерлин, что он делает? Он чувствовал себя … он чувствовал себя дешевой шлюхой. Сказали, когда приезжать, сказали, когда уезжать. Встречи в таких грязных местах, что он не решился бы здесь даже пить из стаканов. Его бедра зудели, и он крепко прижимался к покрытой струпьями коже там, неописуемо желая маленьких булавочных уколов, которые прогонят беспокойство и позволят ему, черт возьми, думать. Его беспокоили язвы, зудящие и грубые, с тем влажным маслянистым блеском, который оставляют после себя прыщи. Скоро ему придется с этим смириться — скорее всего, это побочный эффект Зелья Сна Без Сновидений. Его головные боли, тошнота, легкое замешательство и дезориентация. Ему придется с этим смириться; он мог бы найти другие зелья, которые не будут действовать так плохо, как Успокаивающее Зелье…
Дверная ручка задребезжала. На час сорок семь минут раньше. Тому нужно было больше времени …
— Ты рано, — сказал Дож, в его голосе явно слышался восторг в той нездоровой хищной манере, которую Том уже узнал. Дож не выглядел удивленным, он выглядел…нормальным. Шокирующе нормальное пальто, слегка грязные ботинки. Он недавно подстриг свою бороду, избавившись от щетины, но ее тень уже начала призрачно появляться. Он выглядел как обычный незаметный человек, возможно, именно поэтому он казался таким чудовищным.
Том слегка отшатнулся, глядя на тикающие часы. Он не хотел видеть глаза Дожа. Он не хотел видеть и оценивать этот блеск, или понимать, насколько опасной была эта встреча. Он сможет пережить это, а потом договориться с Криной. Пусть она все уладит, может быть, он сменит место жительства и уедет из Страны. Бежать от этого…этого адского…
Том неохотно вздрогнул, когда чья-то рука схватила его за шею и скользнула вниз по горлу, пока не остановилась под воротником. Том вдохнул через нос. Часы тикали медленно.
