– Он рассказал мне о тебе, – тихо шепчет Помпи мне на ухо. – После твоего рождения он позаботился о том, чтобы дитя из пепла исчезло, уговорив твоего отца выдать тебя за своего собственного ребенка. Долгое время древние ведьмы и колдуны не замечали тебя, но теперь они знают, можешь быть уверена. Мой отец говорит, что вчера ты разрушила их сильнейшее заклинание и тем самым подвергла себя огромной опасности. Если они не смогут контролировать тебя, то попытаются вывести тебя из строя другими способами.
– Это я знаю. Ты можешь назвать мне их имена? Имена двух лидеров, которые раньше были известны как Охотник и Паучиха?
– К сожалению, нет, – шепчет она. – Они никогда не появляются лично. Мой отец тоже разговаривает только с их посыльными. Никто не знает, кто они такие.
– Не может этого быть! Они разгуливают тут каждый день, колдуют, отдают приказы. Значит, их можно рассекретить.
– Они скрываются за мощными магическими заклинаниями. Чтобы добраться до них, ты должна бросить им вызов, понимаешь?
– Пусть так. Я направляюсь в замок и не покину его, пока не узнаю, кто напустил на меня это коварное заклятье.
Моя свинья хрюкает, словно соглашаясь со мной, однако Помпи никак не реагирует на это. Она ахает:
– Пусть так?! Мой отец считает, что тебе нужно немедленно бежать! Древние маги хотят свергнуть императора, но для этого им нужна ты. Не как человек со свободной волей, а в качестве инструмента, с помощью которого они смогут делать все, что захотят.
– Если сейчас я спрячусь, – возражаю я, – то, возможно, упущу последний шанс сопротивляться и бороться за свою свободу. Ведь за мной охотятся не только древние волшебники. Император тоже ищет меня. Если он узнает, кто я такая, я в ту же секунду окажусь в его расстрельном списке. Кроме того, во мне живет страх за мою семью – обе стороны в этой войне могут оказать на меня давление, угрожая моей фее или сестрам. Этого ни в коем случае не должно произойти! Я должна что-то сделать, пока еще могу. Что требует от меня сопротивление, а не бегство. В замке я получу ответы, которые мне нужны. Я чувствую это!
– Но как ты будешь противостоять двум сильнейшим, опасным волшебникам? – в полном отчаянии спрашивает меня Помпи. – Как ты собираешься их победить?
– Точно так же, как разрушила их якобы самое сильное заклинание. Я сконцентрируюсь на том, что должна сделать, и буду верить, что судьба в нужный момент придет мне на помощь. Или призраки, как сказала бы моя добрая фея.
– Но ты не можешь всегда полагаться на это.
– Нет, но срабатывает это на удивление часто.
– Я очень беспокоюсь за тебя, – шепчет Помпи. – Ты действительно хочешь это сделать?
Я решительно киваю.
– Будь начеку, – говорит она. – Я незаметно последую за тобой к замку. Если по пути увижу, что с тобой что-то происходит, приведу помощь.
Честно говоря, я сомневаюсь в способности Помпи что-либо увидеть, потому что она, похоже, совсем не воспринимает свинью, которая энергично обнюхивает ее пальто. Тем не менее я рада, что она хочет обо мне позаботиться.
– Спасибо! – отвечаю я. – Мне пойти первой?
Помпи кивает и шепчет мне на ухо неловкое «Всего наилучшего!», а я невольно задаюсь вопросом, какие ужасные вещи отец Помпи рассказал своей дочери о моих врагах, потому что она выглядит так, словно я собираюсь спуститься прямо в ад. На прощание еще раз сжимаю руку Помпи и шагаю вперед. Вскоре я достигаю ворот у подножия ступеней королевской лестницы, но тут на моем пути вырастают два стражника.
– До девяти часов утра вход для публики запрещен!
– Я не публика, – возражаю я. – Я подруга принца Випольда и желаю поговорить с Его Высочеством по очень срочному делу.
Стражники с любопытством разглядывают меня в свете фонаря, раскачивающегося у входа в сторожку. На миг мне становится стыдно из-за внешнего вида, и я подумываю о том, чтобы смиренно повернуть назад, но момент слабости быстро проходит. Эти господа прекрасно знают, что раньше я посещала замок в качестве хорошей знакомой принца, и не позволю им так просто от меня избавиться.
– Могу я теперь пройти? – нетерпеливо спрашиваю я. – Время поджимает.
Один из стражников отходит в сторону, другой, широко расставив ноги, встает передо мной.
– Зачем? – спрашивает он. – Откуда такая срочность?
– Неужели вы думаете, что я предстала бы перед вами в таком виде, если бы не вопрос жизни и смерти? – обращаюсь я к нему. – Немедленно отведите меня к принцу Випольду, иначе произойдет нечто ужасное!
Мне стыдно за такую невнятную угрозу. «Произойдет нечто ужасное!» – ощущение, что я напрочь лишена воображения, однако ничего лучше в спешке придумать не могла. С другой стороны, я чувствую, что в этой ситуации мои слова не играют большой роли. Я так явно взволнована и убеждена в срочности своего дела, что другой охранник тоже отходит в сторону.
– Ну хорошо, – говорит он. – Я проинформирую Его Высочество.
