– Он, вероятно, мертв, – отвечает Испе́р. – В какой-то момент этот волшебник занял его место. Некоторым древним ведьмам и волшебникам удается то, на что современные волшебники не способны: они превращают свою внешность в облик другого человека. Отсюда и прозвище – многоликие. Это всего лишь иллюзия, но в глазах зрителя кажется настолько реальной, что даже я или мой отец не осознаем, что поддаемся чарам. Я помню, как два месяца назад пил чай с твоим двоюродным дедушкой. При этом не заметил ничего подозрительного.
– В тот день он был совсем дряхлым, – объясняет Вип. – Иногда такое случалось. В последнее время он много лежал в постели, но периодами радостно бродил по замку и был таким же бодрым, как и раньше.
– Тогда еще есть надежда, – выпрямляясь, говорит Испе́р. – Возможно, волшебник где-то спрятал твоего деда и использовал его только при необходимости.
– Но это безумие!
Я тоже поднимаюсь на ноги. Колени мои дрожат, я шатаюсь, и тогда Испе́р оказывается рядом со мной и хватает за руку. Его прикосновение действует на меня как тройная доза мокколатля: сердце начинает биться быстрее, я чувствую себя более бодрой и живой, чем могла рассчитывать при нынешних обстоятельствах. То, что он так испытующе смотрит на меня, ситуацию не улучшает.
– Все нормально?
– Думаю, да, – как можно аккуратнее отвечаю я.
Испе́р хочет меня отпустить, но медлит. Мы смотрим друг на друга, кровь приливает к моим щекам, и меня охватывает радостное возбуждение, которое пытается вытеснить из головы любую разумную мысль.
Судя по всему, Испе́р чувствует то же самое, потому что он слегка трясет головой, словно пытаясь прийти в себя, потом отворачивается и направляется к выходу.
– Уходим, быстрее! – призывает он нас. – Если завтра мы хотим оказаться живыми, то сейчас нужно поторопиться.
Мы с Випом обмениваемся грустными взглядами. Мы устали, это утро выдалось кошмарным. Но разве у нас есть выбор? Дедушке Випа может требоваться помощь, нужно обезвредить заклятие мести; как только злая ведьма устроит новый очаг, она обязательно вернется с ордой своих злобных дружков. Так что все продолжается. С тихим, но очень тяжелым вздохом я покидаю кухню.
Наш поспешный выход во двор через крыло замка, где располагаются личные покои королевской семьи, со стороны, должно быть, выглядит довольно странно. Мы вымазаны сажей, забрызганы кровью, испачканы и частично ограничены травмами. Рубашка Испе́ра разорвана, под ней на груди зияет рана от ожога, которая заставляет его снова и снова останавливаться на пути и глубоко втягивать в себя воздух. Левый локоть Випольда прижат к телу, а пальцы держат платок у раны на голове, которая снова начала кровоточить. А я… ну, я на удивление невредима, если не считать сильной боли в мышцах, которая связана с тем, что со вчерашнего дня я только и делаю, что разрушаю злые чары.
Вип успокаивает всех встречных людей одними и теми же словами:
– Произошло небольшое возгорание! Все в порядке – нам просто нужно как можно скорее подлечить пару царапин.
Держу пари, Испе́р накладывает на слова Випа какие-то чары, потому что никто ни о чем не спрашивает и не выглядит обеспокоенным. Они просто кивают нам, желают скорейшего выздоровления и идут дальше.
Мы добираемся до личных покоев двоюродного дедушки Випа, преодолевая несколько лестниц, которые отделяют его комнаты от комнат остальной королевской семьи. Стены увешены охотничьими трофеями, однако, насколько я могу судить, среди них нет заколдованных Богов природы.
– Не забывайте, – говорит Испе́р, пока мы взбираемся по ступеням, – ведьма нападет снова! Но на этот раз не одна, а вместе с темными силами, которые призвали ее и погибшего колдуна в Амберлинг, чтобы бросить вызов императору. Когда они придут, колдовской очаг древнего мага должен быть потушен. Перед тем как войти в замок, я предупредил своих солдат и магические силы. Надеюсь, они успею присоединиться к нам до того, как начнется новая схватка, иначе мы окажемся в очень невыгодном положении.
– Если Клэри удалось убить волшебника, – говорит Вип, останавливаясь на ступеньках, чтобы перевести дух, – а ты смог обратить жену повара в бегство, с чего такая паника? Мне кажется, вы вполне можете защитить себя.
– Нам помог фактор внезапности, – отвечает Испе́р, который уже стоит наверху лестницы. – Эти маги были в одиночестве, если не считать нескольких служебных призраков и духов-хранителей. Они никогда бы не подумали, что мы нападем, а Клэри оказалась сильнее, чем все думали. Она сломала все вражеские преграды.
Я тоже останавливаюсь, чтобы передохнуть. Вип поворачивается ко мне.
– Как ты это сделала? – спрашивает он.
Я пожимаю плечами.
– Быть может, это из-за Короля-Призрака, – говорю я. – Он действует через меня – ну, так утверждала ведьма. Я думаю, эти двое боялись, что их колдовство будет иметь неприятные последствия, если они нападут на меня. В какой-то момент они отказались от магии и вместо этого попытались убрать меня с пути с помощью ядовитой иглы.
