Что ж… значит, ни в коем случае нельзя терять самообладание. Разум должен подчинить эмоции и усмирить гормоны… Я медленно спускался, ступень за ступенью, пролет за пролетом, внимательно изучая стены и пол всеми доступными средствами, прежде чем шагнуть вперед. Торк был активирован с момента входа в Домен, но он не являлся гарантией безопасности. Через некоторые участки приходилось осторожно переступать, а другие перепрыгивать — к счастью, мое восприятие, обостренное Рунами, отлично улавливало малейшие подозрительные следы. Похоже, комплексное испытание Субатрибутов — не только Воли, но и Восприятия, а это ведь только вход в сам Лабиринт… И даже эта лестница воистину стала дорогой смерти — чем ниже, тем больше попадалось останков, причем некоторые из них имели чудовищный вид…
Лжетравинка внизу продолжала звать и плакать так, что могла разбить любое сердце. Затем к ней присоединились другие голоса, грубые и хохочущие, но я запретил себе думать об этом — провокации Домена не должны ввести в заблуждение. Словно подтверждая это, внезапно вспыхнула новая бронзовая звезда Навыка Самоконтроля — девятая из десяти!
Я шел вниз, но как будто совсем не приближался к источнику звуков. Энергетическая Сенсорика оказалась невероятно полезной — сигналы эфирных существ и рунных конструкций не становились сюрпризом. Этот путь мог бы несколько раз убить — или истощить защитные Руны Восходящего, не обладающего подобным Навыком, — но мне, к счастью, пока везло. Призраки представляли лишь ментальную опасность — они бормотали и предупреждали, внезапно появляясь и исчезая; то ли пленники, то ли специальные создания Домена, призванные отсеять слабые, незащищенные разумы. Поволноваться пришлось лишь однажды — когда за спиной появилась необычная эфирная сигнатура, следующая по пятам, но всегда скрытая поворотом коридора.
«Не оглядывайся» — бормотали встречные призраки, но идти вниз с таким попутчиком за плечом совершенно не хотелось, и на одной из площадок я резко развернулся и шагнул назад, пытаясь рассмотреть преследующего.
Наверное, это было ошибкой. Или первым серьезным испытанием — не знаю. Факт в том, что меня опять пронзил страх, когда я увидел его — гигантское лицо, искаженное и безглазое, как будто вышедшее из ночных кошмаров. Оно медленно надвигалось на меня, раскрывая пасть, и все внутри завопило — «беги, спасайся, идиот!»
Нет! На мгновение сознание заколыхалось на краю пропасти ужаса, но я… не утратил контроль. Несмотря на леденящее дыхание, я выдержал приближение этой… твари, глядя прямо в распахнутую пасть. Оно… прошло сквозь меня и остановилось ниже, вновь развернувшись и словно перегородив спуск. Это было неприятным ощущением — эфирное существо как будто имело некую материальную природу и оставило кошмарный осадок смертельной безысходности.
Ну и… страхолюдина. Оно еще и меняло форму, словно подбирая наиболее пугающие очертания, и явно излучало угнетающую ментальную ауру. Бессознательный ужас, как в детстве, когда веришь в монстров, живущих в шкафу или под кроватью, пытался захлестнуть меня, обвить своими щупальцами и овладеть разумом… но ему это не удалось. Я смотрел глазами Вершителя на Великого Червя, и это было гораздо страшнее призрачного лика.
Это всего лишь проверка самообладания…
Мне потребовалось трижды пройти сквозь него, прежде чем уродливый лик отвязался. Под аккомпанемент плача и стонов истязаемой Травинки это не выглядело забавным занятием — и я даже подумывал смести с пути эту пакость Эфирным Дыханием Аспекта, однако испытание можно было пройти без боя — бесконечный спуск по темной лестнице явно проверял не боевые навыки, а силу воли, умение не поддаваться страху и контролировать животные инстинкты.
И как только я это понял, звуки снизу наконец-то стали приближаться. Домен как будто пропустил меня — спустя десяток пролетов внизу Аспект остановился у призрачной эфирной решетки, ведущей… в зеркальный лабиринт?
Это место было предельно странным. Ничего подобного я никогда не видел — зеркальные переливающиеся стены, пол и потолок, усыпанные звездами, как будто создавали иллюзию бесконечного космического пространства, где нельзя было четко определить, где ты находишься, где выход, а где следующая стена. Мое отражение дрожало и расплывалось десятками силуэтов, каждый из которых начинал самостоятельно двигаться, обретая иные, совершенно непохожие на оригинал очертания. Лабиринт был населен множеством зеркальных копий… и первой из них меня встретила Травинка.
Она стояла на коленях в разорванном голубом комбинезоне, полунагая и беспомощная, умоляюще протягивая ко мне окровавленную руку, а вторую прижимая к животу. За ее спиной горели разрушенные купола фригольда, слышались выстрелы, взрывы и рев пламени.
— Ты… опоздал, Сигурд, — простонала она. — Они… всех убьют…
