На вопрос Ники, которая обиделась, что она не такая уж жуткая ведьма, которой себя представляла, Леопольд снисходительно пояснил, что тёмные и светлые маги практически ничем не отличаются, кроме воздействий некоторых заклинаний на реальность.
И что злыми и жестокими могут быть как тёмные, так и светлые маги.
А для созидания тёмная магия тоже вполне себе подходит. Только при создании чего-либо тёмный маг что-то да уничтожает, а светлый маг, если собирается что-нибудь уничтожить, начинает плодить сущности. И тогда появляются побочные элементы, которые могут быть всем, чем угодно. И отдел Магических Отходов, как пояснил шеф, был создан для хранения этих самых побочных продуктов колдовства светлых магов. А потом уже туда начали складировать то, что никому не нужно, но выбросить жалко. Или слишком опасно для любого из миров, чтобы просто выбросить на мусорку.
Тогда же Зорро вскользь с ухмылкой добавил, что тёмная магия в некотором смысле более экологическая, чем светлая.
На этой интересной ноте они таки провели мессу, только в процессе забыли, что делают и для чего. В результате очутились в каком-то другом мире, где пришлось то ли начинать, то ли предотвращать Конец Света.
Они познакомились с затурканным до такой степени Предвестником окончания времён, что тот с радостью позволил им натворить любых дел и даже уничтожить мир, если захочется. И с радостью сложил с себя полномочия и побежал либо кого-то "мочить", либо устраивать оргию.
Во время сражений с жуткими существами, отдалённо напоминающими демонов, Леопольд отличился тем, что уничтожал существ сотнями, создавая разрушительные торнадо. Асмодей радостно швырял молнии, корча такие жуткие рожи, что местные мужчины массово падали в обмороки, а женщины не менее массово укладывались в штабеля.
Мрия швырялась во врагов выворачивающими мозги заклинаниями, в результате чего те каялись и пытались заживо сделать из неё святую. В смысле, убить, а потом поклоняться её мощам, что девушка сурово пресекала.
Сова устраивала борьбу в небесах с птице-демонами, превращая их в атрибуты для квиддича.
Ника же никак не могла определиться, и то кидалась на врагов со свеже наколдованными колющее-режущими предметами, которыми совершенно не умела пользоваться, то швырялась файерболами, вопя, что это круто!
Асмодей постоянно следил за ней, чтобы разъярённая и воодушевлённая фурия не отрезала себе одну из конечностей или хотя бы палец, а также не спалила к чертям собачьим кого-то из своих. И себя заодно.
В завершении битвы Леопольд создал маленькие ураганчики и принялся ими жонглировать.
"Вот и всё, что осталось от моего хвалёного могущества", – произнёс он в тот момент, пытаясь улыбнуться.
"Неправда!" – твёрдо ответила она тогда, так как не могла его не поддержать.
"А вот и нет!"
"А вот и да!"
И всё закончилось очередной грандиозной шутливой дракой с использованием подручных предметов. Жуткие создания, пришедшие из местного ада, чтобы устроить апокалипсис, как полагала Алла, жутко удивились, когда их начали использовать как мячики для пинг-понга, воланы для игры в бадминтон и так далее, и тому подобное.
А затем, разгорячённые дракой мирового масштаба, парни решили устроить пару-тройку дуэлей, когда выпили ещё, празднуя победу.
Сперва началась дуэль между Асмодеем и Мартином, которая закончилась обычной дракой. Затем в показательном бою сошлись близнецы, вообразив себя почему-то Чипом и Дэйлом и пытаясь поделить Гаечку, за которую приняли чрезвычайно польщённую Сову.
Затем Афина с Мрией попытались друг дружку сглазить, но в результате этих манипуляций каким-то образом создали друг дружке огромные бюсты, из-за чего некоторое время лежали пластом, не в состоянии подняться из-за веса неожиданно увеличившихся грудей.
После этого парни решили переквалифицироваться в популярную музыкальную группу, а девушки – в группу поддержки с помпонами и в купальниках.
Они все переместились через ещё один портал, где зажигательно выступили на главной площади, после чего им пришлось спешно убегать, так как местная инквизиция средневекового мира не дремала. А устраивать очередной Апокалипсис ни у кого не было настроения.
После влитого в собственный несчастный рот очередного бокала непознаваемого пойла, светящегося, словно ядерные отходы, Алла обнаружила себя в объятиях какого-то эльфа. Ей смутно припомнилось, что она видела этого мужчину, флиртующего с Афиной.
Впрочем, так как они вновь напились жутким образом, ничем серьёзным их страстные объятия в какой-то кладовке так и не закончились. К тому же, их обнаружила Афина и устроила своему очередному кавалеру сцену ревности, благополучно забыв, что на вечеринку пришла с другим.
Впрочем, Алла была ей только благодарна, так что позже подарила собственноручно выпеченный кекс. Даже без яда и зелий. Конечно, Афина всё равно не стала его есть, но ведь главное не подарок, а внимание.
Когда все вернулись обратно в квартиру Асмодея, в зал, Леопольд распылил в воздухе чёрный порошок, назвав его пыльцой тёмных фей.
