Этот порошок действовал очень странным образом, но не хуже алкоголя, так что вскоре оставшиеся (в живых) гости принялись рассказывать свои самые страшные секреты и зловещие тайны, а также демонстрировать скелетов, доставая их из шкафов и пытаясь доказать, что уж у них-то они самые жуткие.
Алла жалела, что почти ничего не запомнила из откровений. Восстановить в памяти она смогла лишь некоторые диалоги.
***
Мартин, кусая губы и покачивая огромной кружкой с пивом, уставился в одну точку: "Ребята, я вот только что осознал, что ясновидец из меня какой-то хреновый".
Асмодей, сидящий рядом, ткнул его локтем в бок:
"А я тебе об этом постоянно говорю! Тем более, не отбирай хлеб у Таис и прочих нахлебниц!"
Мартин двинул его локтем в ответ:
"Да я совсем не об этом! Во время нашей дикой и затянувшейся пьянки мне пришло чёткое видение, что мы с Мрией поженимся гораздо раньше, чем я предполагал".
Алла отметила, как Мрия побледнела. Она никогда раньше не думала, что можно заметить бледность на белой коже.
"Я тоже увидела это", – едва слышно произнесла эльфийка, сжавшись и обняв руками колени.
"Но это, конечно, приятная новость, – криво усмехнулся Мартин. – А неприятная и даже страшная заключается в том, что спустя полгода произойдёт истинная гадость: умрёт кто-то из нас. То есть, либо я, либо Мрия. Но если вспомнить, что Мрия у нас – эльфийка, а я – обычный парень, кроме того, что маг, то кандидат на выбывание напрашивается сам собой".
Адонис отнял у него кружку и куда-то швырнул, взамен всунув в руки бутылку с чем-то забористо-зелёным, похожим на абсент:
"Не мели чушь! Нельзя так просто взять – и покинуть нашу фирму. Даже по причине скоропостижной кончины".
Близнецы переглянулись и ответили хором:
"А мы тебя оживим!"
Мартин печально покачал головой, устремив взгляд в пол:
"От такой гадости не оживают".
Один из близнецов указал пальцем на неё, а второй – на Нику.
"Пусть они оживляют, – произнесли братья в один голос. – Они же у нас жуть какие талантливые".
"Мартин, а про нас с Лео ты не забыл? – вкрадчиво произнёс Асмодей, притягивая к себе шефа, устроившегося с другой стороны. – Если вдруг что, то мы тебя оживим, и всё будет пучком!"
"Ничего не получится, – Мартин поник головой. – Вы в тот момент будете очень сильно заняты и просто не успеете. Я-то знаю. Так что вскоре после дня рождения Асмодея вы будете справлять по мне поминки".
Леопольд, уставившись жутким расфокусированным взглядом куда-то в ужасное будущее, добавил: "И мои".
Афина напряглась в объятиях своего эльфа и потёрла виски пальцами: "Замолчи, пожалуйста, и не напоминай. И так всем хреново!".
"Но мы же успеем отпраздновать нашу свадьбу?" – со слезами на глазах спросила Мрия и потянулась к Мартину всем своим существом.
Алла тогда иронично подумала, что вот совсем недавно эта девушка Мартина и за эльфа, то есть, за человека-то не принимала. Вот что пьянка животворящая с людьми-то делает! И с нелюдями тоже.
"Целительная сила алкоголя – в бой!"
От этой мысли она тогда едва не захихикала, что напрочь разрушило бы трагическую атмосферу, тёмной тучей сгущающуюся над небольшой компанией.
Чем закончился этот сложный и достаточно неприятный разговор с трагическими нотками, Алла уже не помнила.
Но, к своему собственному сожалению, Алла отлично помнила ещё одну беседу, когда напился уже Леопольд, стойко державшийся на протяжении бесконечной пьянки.
"Может, я получу Метку по заслугам. Маг из меня…"
"Я тебя сейчас прибью! Застрелю из степлера и свяжу проводами, если ты сейчас же не заткнёшься!" – тут же перебила его злая, как демон прямиком из ада, Афина.
В этот момент Алла подумала, что секретарша очень похожа на богиню, в честь которой её назвали: короткие волосы дыбом, словно иголки у ёжика, тёмные глаза мечут молнии, а руки сжимаются в кулаки.
"Не надо на себя наговаривать, – тут же возмутилась Ника. – И, да, я понимаю, что я тут ещё новенькая и не имею никакого права выговаривать начальству… Но то, что ты говоришь, это неправда!"
"А я и не обманываю, – устало ответил он тогда, залпом выпивая что-то алкогольное в бокале. – Я на самом деле не слишком хороший маг. И начальник из меня не самый лучший, а скоро вы и такого бездаря, как я, лишитесь. К сожалению, никто, кроме меня, не сможет удерживать нашу фирму, так что вскоре разойдётесь вы, ребята, как в море корабли. А после Метки вы даже не посмотрите в мою сторону, что я вас, не знаю, что ли. А если и захотите помочь, всё равно никого это уже не спасёт".
Мартин в тот момент на миг сжал его руку в своих лапищах, а затем твёрдо и уверенно, с лёгкой улыбкой на ещё дрожащих после недавней исповеди губах, произнёс:
