"Интересно, Вика отдала Нике то самое кольцо? Или же обманула?" – внезапно подумалось ей. Алла не могла поверить, что безумная девица так просто рассталась со своей "прелестью".
"Кольцо то самое, можешь не сомневаться", – прогудел в её голове мужской голос. И сразу затих. Алла так и не поняла, чей он был. И понадеялась, что шефа.
Внезапно Алла ощутила, что они должны спешить. Бежать, теряя обувь и, сломя голову, ломиться сквозь кусты и прочие препятствия.
Но вместо этого они почему-то всё ещё были в гостях у Асмодея, помогали Вике собирать вещи, а также пили коньяк. Точнее, коньяк пила она, а Нике достался стакан воды из-под крана. Которой она запивала таблетки.
Девушка Асмодея (точнее, уже бывшая девушка) тем временем рассказывала о кольце то, что знала. То есть, почти ничего. Купила – надела – равнодушный приятель, явно тяготившийся её компанией и раздумывающий, как побыстрее свалить, внезапно стал парнем.
Как оказалось, жалких силёнок Вики хватило лишь на то, чтобы через какое-то время почувствовать, что с кольцом что-то неладно.
Алла раздражённо подумала, что обычный человек и то быстрее бы догадался. А ещё она в очередной раз пожалела куратора, которому так не повезло с поклонницей.
Настроившись на магию кольца, которое нацепила Ника, Алла ощутила, что оно на самом деле волшебное. Алла немного возгордилась, подумав о том, что Лео – на этот момент бывший архимаг – считал её – бывшую ведьму, весьма перспективной. Считывая слои магии, Алла узнала, что кольцо, конечно, не давало никакого всевластия или бессмертия. Не давало – если не попросить.
Это кольцо, надетое на палец, выполняло самое сокровенное желание хозяина. Всего одно – но зато самое сильное. Самое-самое.
Алла, хмыкнув, подумала, что у жалкой Вики и запросы нищенские.
"Подумаешь, любовь! Лучше пожелать, чтобы все твои недруги начали немедленно каяться и отдавать тебе всё, чего твоя душа пожелает – по первому твоему требованию. Либо, чтобы враги сразу же умирали. Либо сразу заполучить всевластие и всесилие. А если мне попробовать? Попросить цацку у Ники или тихонько спереть – а то она же такая ответственная, что ужас!"
Алле от собственных мыслей впервые в жизни стало тошно и тоскливо. Неожиданно она осознала, насколько выросла с тех пор, как попала на фирму, под крыло Лео. И как изменила её и магия, и настоящая любовь. И вновь лишиться магических сил, пусть и на время, стало настолько мучительно, что она с новыми силами возненавидела Ангелуса, и от всей души пожалела тех, кто получил Метку.
Вика снова подлила ей коньяку – Алла покачала головой. Тогда она подлила себе. Произнесла, уставившись в пространство пустым взглядом:
– А ещё кольцо не работает, если его снимать. Я ведь раньше, когда на работу шла, снимала его. Опасалась, что украдут. И всё удивлялась, почему Асмодей почти никогда не звонит мне, когда я на работе. А если и звонит, то голос у него становится холодным и чужим. Но знаешь, – она обращалась только к Алле, искусно делая вид, что практически не замечает Нику, – когда я стала его носить, то превратилась вот в такую. Страшную, правда? Даже мерзкую. Ничего такого, можешь не изображать сочувствие и пытаться переубеждать.
Она махнула рукой, и в кухне вдруг стало холодно. А Аллу буквально передёрнуло от пронизывающего взгляда этих глаз-пустышек.
– Это кольцо меня так преобразило. Словно Горлума из "Властелина колец", – с горечью добавила она. – И я решила хоть что-то сделать, нашла гадалку – не знаю, настоящую или обычную мошенницу, и она мне сказала: "Никогда больше не снимай это кольцо, в нём всё твое счастье. И каждый раз, когда ты его снимала, теряла год жизни". И посмотрела на меня так осуждающе, будто я убила десять чернокожих беременных инвалидов. Я тогда до жути перепугалась. Я сообразила уже, что Асмодей со мной только из-за магии кольца. А она никак не успокаивалась, словно собиралась меня перепугать до такой степени, чтобы я сама в могилу полезла: "Осталось тебе всего четыре года на Земле. Снимешь кольцо ещё раз – потеряешь покой. Снимешь снова – счастье. А третий раз с кольцом расстанешься – лишишься головы".
Я ей не поверила и сняла кольцо один раз после визита к ней, когда руки мыла, – произнесла она отчуждённо и спокойно.
"Смертница", – подумалось Алле. И сразу же пропало желание заполучить всесилие, если такова плата.
Покосившись на подругу, она увидела, что та с недоверием уставилась на кольцо на своём пальце. Быстренько сняв его, положила опасное украшение в карман джинс.
– Вроде бы ничего пожелать не успела, – пробормотала она, пытаясь отодвинуться от собственного кармана.
А Вика всё говорила и говорила, радуясь возможности выплеснуть без утайки всё, что успело накопиться в душе.
– Я ей не доверяла, но бабка оказалась права. Когда я прошла полное обследование – всё-таки денег Асмодей на меня не жалел, то убедилась в правдивости её слов. У меня обнаружилась страшная болезнь, из-за которой быстро стареют.
Она прикусила губу и залпом выпила стопку коньяка.
