– Они становятся подходящим объектом манипуляции, – догадалась Таиса.
– Именно. Прямо на профессиональных семинарах этих людей никуда не зовут, зато потом они наверняка получают какое-нибудь особое приглашение во второй круг. Скидки, подарок, что угодно! И они – мы знаем, что они открыты переменам! – воспринимают это как знак судьбы. Они идут на эти курсы саморазвития, даже если раньше таким не интересовались. Они не ждут подвох, потому что нет оснований его ждать, они уверены, что у них все под контролем. Знаешь, на чем основан успех большинства мошеннических предприятий? Не только сект, даже телефонных звонков, всех этих навязанных покупок и кредитов… С веры жертв, что уж их-то точно никто не обманет, с ними такое не произойдет! А когда доходит до дела, они с удивлением обнаруживают, что обман не был очевиден. Их поймали на частичной правде, которую им очень хотелось услышать.
Если подойти с этой точки зрения, у «НФ» было даже две удобные платформы для выяснения состояния жертв. Сначала – профессиональные семинары, на которых клиенты оставались полностью расслабленными, потому что причин для настороженности просто не было. Потом – встречи закрытого клуба, где люди заставляли себя раскрываться, чтобы не потерять право на элитарность. При том, что официально было известно только об этих мероприятиях, Николай не сомневался, что у «НФ» имеется и некий третий уровень, и вот там как раз развивается секта.
Именно на этом третьем уровне адептов погружают в новую реальность. Причем самодостаточную: лидер секты легко дает ответы на любые вопросы. И не важно, что ответы эти порой расплывчатые или даже бессмысленные. Он ведь дал их! Значит, человек разбирается, верить надо… Он полностью строит картину мира, создает чувство значимости и безопасности. Как только это становится привычным, он уже не просто босс, он – духовный лидер, за которым нужно следовать. А лидер, если не дурак, еще и быстренько придумывает внешнего врага, против которого необходимо объединиться. Чаще всего это те, кто пытается спасти сектантов: от их родственников до государственных служб, представленных зловещими организациями, совсем как в антиутопии.
И чем меньше остается былых связей, тем проще управлять новым сообществом. То, что в случае «НФ» адепты успешны, не препятствие, а преимущество для умелого мошенника. Жертва, попавшая в этот мир, видит, что лидеру подчиняются богатые бизнесмены, состоявшиеся спортсмены, популярные артисты… Они ведь все не могут ошибаться! Значит, дело стоящее, нельзя терять билет в такое будущее, нужно подыграть… Сначала правила секты принимаются через силу, а потом становятся настолько привычными, что отпускать их страшно.
– Успешных людей точно так же накачивают острыми эмоциями, как и уязвимых, – напомнил Николай. – И прежняя жизнь кажется им серой, недостойной внимания. В новой им просто и хорошо. А злые родители, супруги и друзья в силу своей отсталости тянут их обратно на дно. Видишь? Насколько я понимаю, Денис долгое время был один, его близкой семьей стала только дочь – то есть, девочка, которая в нынешнем возрасте неспособна его поддержать.
– Уровень моей вины рискует пробить потолок, – вздохнула Таиса.
– Напрасно. Во-первых, это мой дом и мой потолок, потрудись ничего не пробивать. Во-вторых, я ни в коем случае не утверждаю, что ты обязана была оставаться с Денисом и нянчиться с ним. Я просто говорю тебе, на чем его могли подловить. Но ты была с ним честна, вы договорились разойтись и строить будущее по отдельности.
– Я знаю, просто прямо сейчас от этого не легче… Я понимаю, что вы правы – я вижу, как Ганцевич и компания отбирали адептов, как элитарное сообщество потом держало их, словно болото. Но в промежутке все равно должна быть более-менее четкая идеология! Нечто близкое таким людям хотя бы поверхностно… Только я не представляю, что это могло быть!
– Я тоже, – помрачнел Николай. – Но ты же помнишь: секты не всегда копируют религии. Иногда они делают ставку на псевдо-научность, практические обещания, пугающие предостережения. Я вынужден похвалить «НФ» за то, что они умело берегут свой внутренний круг.
– Не так уж они берегут, если Алиса Балавина мертва…
– Ее смерть – одна из зацепок, так или иначе. Изначально я, как и ты, думал, что убийство заказал Денис. Но судя по реакции самого Дениса, он тоже стал инструментом. Похоже, Балавина начала мешать кому-то в руководстве сообщества, у истоков которого она стояла. С этим мы и будем разбираться.
Таиса не стала говорить о том, что больше всего сведений они получили бы, если бы пробрались на внутренний уровень секты – это и так все понимали. А еще они понимали то, что им на этот уровень путь закрыт. Перед тем, как подставить Таису, организатор наверняка собрал информацию о ней и других профайлерах, их не подпустят к «НФ» даже с тем приглашением, которое подарила Таисе Балавина. Нет, поучаствовать в семинаре им позволят – и не более того.
