На сей раз Денис промолчал. Похоже, вспышка гнева окончательно его утомила… Да Гарик и не решался больше давить. При всех своих недостатках, дочь Денис действительно любил и рисковать ею не собирался. Он мог умереть за нее, именно за нее, не за секту, и это внушало уважение.
Но это же означало, что Майя сейчас с людьми, которые ради достижения своих целей готовы пойти на похищение ребенка… И вряд ли на этом остановятся.
Матвей не боялся. Не потому, что причин для страха не было – напротив, угроза стала куда серьезней, чем он ожидал. Просто он давно усвоил: в критических ситуациях все рассуждения на тему «что же будет, если я не справлюсь» бесполезны. Плохо будет, это и так понятно. Но вот если будет – можно разобраться. А до этого все усилия нужно сосредоточить на том, чтобы взять ситуацию под контроль.
Уверенности ему придавало еще и то, что Таиса оставалась на его территории. Его дом изначально был перепроектирован на защиту и оборону. Да, это отняло немало сил и еще больше денег. И Форсов в ту пору не то что против выступил, но и поддерживать его не спешил. Если бы он решил остановить Матвея, его авторитета вполне хватило бы, чтобы недавнего пациента признали недееспособным и лишили права управлять своими финансами.
Но Форсов давить не спешил, он лишь спросил:
– Ты ведь понимаешь, что за тобой никто не придет?
– Я знаю, что есть кому приходить.
– У них своих проблем хватает, вероятность, что они явятся, предельно низка.
– Да, – кивнул Матвей. – Но я не смогу спать в этом доме, если не буду в нем уверен.
Наставник тогда отступил, позволил Матвею самому принимать решения. Ну а деньги после суда перестали быть проблемой.
Таиса не знала обо всем, что было проделано в этом доме, да ей и не требовалось. Она освоилась здесь еще в прошлый раз, с ситуацией она справлялась неплохо. Но не до конца: наблюдая за ней украдкой, Матвей не упустил и паническую атаку, и наметившийся нервный тик. Это неизменные спутники страха, который пытаются загнать куда-то глубоко, на дно души, чтобы не думать о нем хотя бы сейчас. Однако страх такое отношение не любит, он берет свою плату через подсознание.
Это было неизбежно – но не опасно. Вот если бы Таиса совсем не обращала внимания на попытки ее убить, стоило бы беспокоиться за ее рассудок. Сейчас же она справлялась, как могла, и помочь ей другие профайлеры были способны лишь одним способом: остановить охоту.
С этим пока было туго, секта хранила свои секреты на удивление надежно. За все годы ее существования откровенно настораживал только случай с Яной Кумовой… И это тоже нетипично. Даже наиболее грамотно организованные секты начинали вызывать подозрения куда раньше. Как Герману Ганцевичу удалось избежать этого? Он талантливый мошенник – но не гений, да и ныне убитая Балавина на гениальность не тянула. Одного из лучших профайлеров и его учеников должно быть достаточно, чтобы разоблачить всю эту шайку, а они забуксовали… Так что же они упускают?
Если Матвей просто размышлял об этом, Гарик собирал информацию куда активней – дома ему по понятным причинам не сиделось. Вопреки всем советам он все-таки вломился к Денису, а сразу после той встречи заявился в дом Матвея незваным гостем.
– Ты ведь осознаешь, что уже почти полночь? – мрачно поинтересовалась Таиса.
– И что? – удивился Гарик. – Опасаешься, что я превращусь в тыкву?
– Опасаюсь, что не превратишься. Чего хотел-то?
– Семейным консультантом выступить пришел.
Рассуждать о том, что его дом – не проходной двор и перед визитом нужно хотя бы звонить, Матвей не стал. В случае с Гариком это бесполезно. Да и потом, Матвей понимал, насколько рискованной вся эта ситуация стала из-за решения Майи. Так что лучше уж пусть Гарик отчитывается, пусть будет на виду, так его хотя бы можно подстраховать.
Как и следовало ожидать, поздний час для него ничего не значил. Он метался по комнате, чтобы дать хоть какой-то выход переполнявшей его энергии. Таиса устроилась на диване и укоризненно наблюдала за гостем. Матвей остался у двери, прислонившись плечом к косяку.
Гарик бросил быстрый взгляд на Таису:
– Слушай, ну и вкус у тебя! Я понимаю, что твой бывший – декоративное создание, но никто ведь не выходит замуж за карманную собачку! Да, до того, как его лицом чуть-чуть поскребли по асфальту, он был похож на этого… Ну как его… На Райана Гослинга из того фильма, где он сидит на розовом диване и, грустно потрясая сисечками, поет, как его Марго Робби не любит…
– Куда и как сильно тебя нужно ударить, чтобы ты перешел в режим адекватности?! – не выдержала Таиса. – Я тебя просила не соваться к нему! Я и так узнала у него все, что нужно!
– Да? А то, что его дочку сектанты приняли в качестве залога, ты знала?
– Что?.. Они забрали Олю?
– Очевидно, что так!
Информация, которую добыл Гарик, была важной – не меняющей всю картину, однако дополняющей ее значимыми деталями. Матвей слушал его внимательно и корректировал собственную теорию, над которой давно начал работать.
