– Я… Мне так не показалось.
– Тебе и не должно казаться, хреновый он был бы сектант, если бы его намерения мгновенно оказывались на виду. Ну вот представь: он подошел к тебе и сразу сказал, что он – принц инопланетян, а семя его исцеляет от всех болезней. И ты такая: «Ну ок, уже снимаю юбку!» Он говорил тебе правильные вещи – или то, что показалось бы правильным «всякому разумному человеку». Не повышал тон. Часто называл по имени. Раз-другой цапнул за руку. Было такое?
Майя почувствовала, что краснеет. Да уж… Она даже представлять не хотела, какой дурой предстала в глазах Таисы.
Хотя сама Таиса обвинять ее не спешила, она смотрела на собеседницу с нескрываемым сочувствием:
– Слушай, давай начистоту… Никто никогда не
– В моем случае подбор был недолгим… Теперь ты скажешь, что я никогда не должна туда соваться, а должна как раз позабыть о случившемся?
– Это я очень хотела бы сказать, – кивнула Таиса. – И должна, по-хорошему… Но я не могу. Гарик бы тебе такого не поручил, он никогда бы тобой не рискнул, и он узнает о нашем с тобой разговоре, только когда все закончится. Кстати, именно поэтому я рекомендую тебе говорить с ним напрямую, а не выслушивать рассказы о нем чувака, который с ним даже не знаком! Но мы сейчас не об этом… Они похитили Олю.
– Олю? – растерянно повторила Майя.
– Это дочь моего бывшего мужа.
– То есть, твоя падчерица?
– Да, но нет, – вздохнула Таиса. – Нам важны не мои с ней отношения, а то, что Оля – маленький несчастный ребенок, которому вообще не следовало связываться с таким, но у нее папа с особенностями развития. Мы пытались выяснить, где ее держат, однако шифруется Ганцевич отлично.
– И вы допускаете, что она может быть в этом «Убежище для всех»? – догадалась Майя.
– Мы не могли такое допустить, потому что про «Убежище» я услышала только сейчас от тебя. Но – да, она вполне может быть там. «НФ» – очень осторожная секта, они не могут себе позволить несколько тайных убежищ, а вот одно спрятать сумели бы. Нам нужно понять, что там, и никто, кроме тебя, не разберется. Но это очень опасно…
– Я понимаю. Что я должна сделать?
– Для начала – подумать, действительно ли ты выдержишь такое, а не соглашаться на эмоциях в общественном туалете. Но когда они тебя позовут в «Убежище», прими приглашение.
– Ты разве меня не слушала? – удивилась Майя. – Не они должны меня приглашать, я должна им позвонить!
– О, они тебя пригласят, даже не сомневайся. И когда это произойдет… я очень надеюсь, что ты будешь готова.
Страха не было изначально, волнение давно ушло, и осталось лишь омерзение. Дело было не в здоровье – ни Николай, ни его жена не пострадали. Он сразу знал, что так будет, да и Вера никогда его не подводила, порой даже он завидовал ее спокойствию. Когда он разбудил ее посреди ночи и сказал, что им нужно срочно укрыться в убежище, она не задала ему ни одного вопроса по пути, все придержала до момента, когда они оба были в безопасности, и Николай гордился ею за это.
Дело тут было не в деньгах, с таким у него проблем давно уже не было. Николай благоразумно оформил страховку на все, что только можно, и она должна была с лихвой покрыть ущерб, нанесенный его дому внезапным нашествием варваров.
Дело было в напоминании о том, что эволюция рода человеческого медленно продвигается вперед – и молниеносно делает скачок назад. Ты можешь быть одним из лучших ученых страны, профессионалов мирового уровня, и все равно ты уязвим перед грубой силой примата.
Но радует хотя бы то, что приматов постигнет предсказуемая судьба. Матвей справился отлично, он задержал двух нападавших. Те, что громили дом Николая, сумели удрать, но это ненадолго. Форсов прекрасно знал такую породу людей: их товарищи бодренько сдадут всю шайку без малейшего давления, едва на горизонте замаячит возможность спасти свои шкуры.
Так что эту проблему можно было считать решенной, все остальные – нет. Ночные налетчики – всего лишь исполнители, да и их наниматель значит не так уж много. Это явно устроил кто-то из рядовых сектантов, не сам Ганцевич, до него не добраться.
Но тем больше причин довести это дело до конца.
Николай собрал учеников в своем кабинете, Вера тоже осталась здесь: внизу уже шли ремонтные работы, лишний раз слушать бодрую ругань строителей ей не хотелось. Жена предлагала ему переехать на время в какой-нибудь отель, но Форсов не хотел рисковать, угроза сейчас могла прийти откуда угодно. Свое негодование Вера выразила званием старого упрямца, присвоенном мужу при учениках, но больше к этой теме не возвращалась.
