В начале XIX в. значительные успехи в сфере кодификации были достигнуты во Франции, где издаются пять кодексов (les cinq codes): Гражданский кодекс 1804 г. (или Кодекс Наполеона – Code Civil, или Code Napoleon), Гражданский процессуальный кодекс 1806 г. (Code de Procedure Civil), Торговый кодекс 1807 г. (Code de Commerce), Уголовно-процессуальный кодекс 1808 г. (Code destruction Criminelle), Уголовный кодекс 1810 г. (Code Penal), построенные на принципиально новой юридической основе.
В России в XIX в. попытки провести кодификацию сначала воплотились в создание Свода законов Российской империи, который, как было показано выше, нельзя расценивать как кодекс, поскольку он не снимал действие предшествующего законодательства. Последовательную кодификацию законодательства провести так и не удалось.
Таким образом, можно утверждать следующее:
• некорректно сравнивать напрямую российский и западноевропейский источники, необходимо сравнение видовых моделей; сопоставление двух источников должно начинаться с определения места сравниваемых источников в этих моделях, поэтому сравнение видов исторических источников как метод сравнительно-исторического исследования предъявляет особо строгие требования к видовой модели;
• проблема периодизации эволюции корпуса исторических источников представляет собой по сути проблему сравнительного исследования, только в этом случае сравнение ведется в собственно историческом, а не в коэкзистенциальном пространстве;
• критерием перехода от одного этапа к другому служит появление новых видов исторических источников и изменение видовой структуры их корпуса;
• для перехода от Средних веков к Новому времени наиболее характерно возникновение мемуаристики (как источника личного происхождения) и периодической печати (как источника общественного происхождения);
• сравнительный анализ российской и западноевропейской мемуаристики позволяет уточнить сформированную в российской историографии (прежде всего в трудах А. Г. Тартаковского) видовую модель, выделить две равноправные разновидности: мемуары-автобиографии и мемуары – «современные истории»;
• различия европейской и российской мемуаристики, кроме общеисторических причин, отчасти объясняются различиями ее истоков: биографика для Западной Европы (в том числе и античные образцы), агиография – для русской мемуаристики;
• сравнительный анализ периодической печати позволяет обнаружить различия, самое существенное из которых состоит в том, что в Европе газетная периодическая печать вырастает во многом из информационных потребностей торговли и из публицистики (памфлетов), в России же периодическая печать на протяжении более века имеет государственное, а не общественное происхождение;
• сравнительный анализ законодательства вызывает особые трудности в силу существенной специфики российского законодательства (и государства), но ряд признаков, системообразующим среди которых выступает приоритет закона как источника права, позволяет охарактеризовать российское законодательство конца XVII–XVIII в. как законодательство Нового времени;
• соотнесение российского законодательства с двумя мировыми системами права приводит к выводу о тяготении российского законодательства к системе, основанной на кодексах;
• проведенная апробация метода позволила уточнить представления о соотношении российского и западноевропейского исторических процессов в Новое время.
Источниковедение историографии[576] – предметное поле актуального исторического знания, востребующее метод источниковедения для изучения истории исторического знания в междисциплинарном пространстве интеллектуальной истории.
Выделим два фактора, обусловливающих формирование предметного поля источниковедения историографии:
1) социокультурный: размежевание – вплоть до полного отрыва – научного исторического знания и социально ориентированного историописания в актуальной социокультурной ситуации постпостмодерна[577];
2) теоретико-познавательный: поиск оснований строгой научности исторического знания в связи с актуализацией неоклассического типа рациональности в условиях преодоления постмодернистской эпистемологической анархии.
Несмотря на то что в отечественной исторической науке уже несколько десятилетий ведутся споры об историографических источниках, в учебную литературу по источниковедению такой раздел до сего времени не включался.
