– Только со второго раза, – ухмыльнулся Саша. – Молния все-таки может ударить дважды в одно место. Но в этом нет ничего страшного, если речь об обучении.
– Кстати, об обучении. Я всегда хотел спросить: тебе ведь шестнадцать, и ты уже не учишься. Получается…
– Я окончил Массачусетский университет в двенадцать. Успел до того, как закрылся в замке.
– Массачусетс? Серьезно? – воскликнул Мелл пораженно. – Это же лучший в мире университет! Еще и в двенадцать лет окончил! Когда же ты в него поступил?
– В одиннадцать.
– Ох, ничего себе! Ты прошел всю программу всего за год! И как там, в Массачусетсе?
– Мне было не очень интересно, но у монарха должен быть диплом. Я учился так, для галочки, дистанционно, и в списках значился под другим именем. Было довольно скучно. Большую часть знаний я получил дома. Американские вузы отчитываются о каждом особо одаренном в определенные инстанции. Я знал это, но уж очень хотел поскорее покончить с учебой и в какой-то момент мной заинтересовались. К счастью, все обошлось, и меня нигде не закрыли.
– А что, так действительно делают?
– Бывает. Это одна из причин, почему я отсиживался в замке. Не хотел, чтобы меня дергали. Порой, конечно, приходилось всплывать с какими-то новыми открытиями, чтобы продать их.
– Это невероятно. Мне кажется, это так интересно и необычно.
– Только на первый взгляд. Это довольно опасно. Если быть неосторожным, твой патент могут украсть. Приходилось всегда соблюдать осторожность, чтобы никто не узнал, кто именно стоит за работой. Конечно, у меня было несколько доверенных лиц, как мой секретарь, к примеру.
– А на какой специальности ты тогда учился?
– Угадай.
– Эм-м-м… – Мелл задумчиво взглянул на небо, затем решил не мучить себя сложными догадками и нашел в интернете список профессий в Массачусетсе. – Может, химия?
– Мимо.
– Электротехника и компьютерные науки?
– Нет.
– Наука, технологии и общество?
– И снова мимо, – усмехнулся Клюдер, входя во вкус.
– Политология?
– Нет.
– История, биология, биоинженерия, гендерные исследования, математика, физика, ядерная физика?
– Нет, нет и нет.
– А что же тогда? – всплеснул Мелл руками. – Все это тебе очень подходит.
– Вот именно. Поэтому я взял нечто непримечательное.
Мелл вытаращил на него глаза и заговорщицки прошептал:
– Неужели музыкальное и театральное искусство?
– Да нет же! – уже не скрывал Саша смешки.
– Скажи тогда, иначе я лопну от любопытства.
– Ну уж нет. Пусть это останется в тайне.
– О-о-оу! – воскликнул обреченно Мелл и всплеснул руками, задирая голову к небу. – Я просто обязан это узнать. И стопроцентно когда-нибудь узнаю.
– Удачи, детектив.
Они поднялись на пригорок и направились в небольшой клуб аркадных автоматов, где источником освещения служили огни автоматов и включенных экранов, светодиодные ленты по периметру помещений, барные стойки. Тем не менее света хватало, чтобы прочитать инструкции к каждой игре. Они купили жетоны – по пять каждому – и принялись искать подходящую игру.
– Не могу поверить своим глазам! – подбежал Мелл к желтому автомату в центре помещения и принялся рассматривать его со всех сторон. – Это же «Пакман», настоящий раритет! Нет, они, конечно, уже выпустили современные версии для телефонов и более продвинутых автоматов, но конкретно этот аппарат выглядит довольно старым. Я думал, что их давно сняли с производства. Этой игре почти шестьдесят лет. – Он отступил, пораженно разводя руками. – Парни мне не поверят. Ни в одном клубе в больших городах таких уже нет.
– Сколько эмоций от одной старой железной коробки.
– Это не просто коробка! – воскликнул Мелл. Он встал перед игровой панелью и опустил жетон. – Давай, иди сюда. Я покажу, как играть.
На экране запустилась заставка.
– Видишь этот милый желтый кругляшок, убегающий от призраков? Это ты. Вот он съел большую мигающую точку – призраки стали синими, перешли в режим паники и теперь сами убегают от него, потому что знают, что могут быть съедены. Твоя задача – передвигаясь по лабиринту, съесть все маленькие точки, избегая столкновения с призраками. Съешь большую мигающую точку, как на превью, – и на несколько секунд получишь возможность съесть призраков. Еще нужно собирать бонусы – к примеру, вишенки, клубнику и персик. Когда все точки будут съедены, перейдешь на новый уровень. И еще: если призраки все-таки нагонят тебя, ты умрешь, но воскреснешь, и твой прогресс не будет потерян.
Заставка закончилась, и весь экран занял черный лабиринт с синими стенами. Посередине – маленькая комнатка призраков. Мелл поставил игру на паузу.
– И в чем смысл этой игры? – спросил его Саша, казалось, ничуть не впечатленный.
– В том, чтобы собрать как можно больше очков.
– Это я понял. Но в чем смысл того, чтобы собирать очки?
– Смысл любой игры в развлечении и расслаблении.
– В этой игре нужно постоянно убегать от призраков, чтобы не умереть, и количество жизней ограничено. Это явно не о расслаблении.
– Да нет, я не о том. Конечно, игры иногда напрягают, но их суть – в умении увлекать и буквально выдергивать человека из реальности. Это весело.
– Иными словами, это способ избегать свои проблемы.
