– Чего улыбаешься? – Саша выпрямился и скрылся в воде по подбородок, кончики мокрых волос замерли на поверхности воды в невесомости. Меллу застенчиво пришлось встать поодаль.
– Рад, что у тебя есть аппетит.
Саша ухмыльнулся. Пусть так и думает. Пусть даже не догадывается, что в последние дни он заталкивает в себя еду, лишь бы усыпить бдительность Мелла.
Как бы Саша ни старался пережевывать пищу, в желудок она опускалась плохо перевариваемыми камнями.
– Было вкусно. Спасибо. На будущее: на ужин лучше подавать суп. И тебе необязательно готовить. В меню есть неплохие варианты. Можно просто заказать, и все привезут дроном.
– Так и сделаю в следующий раз.
Он вышел, а спустя десять минут Саша решил, что ванны на сегодня хватит. Схватившись руками за бортики, он попытался встать. Колени не сгибались. Ноги определенно чувствовали тепло и прикосновения, но упрямо отказывались подчиняться. За три минуты бесплодных попыток ему удалось разве что пошевелить пальцами и чуть согнуть колени. Звать Мелла ни в коем случае нельзя. Сердце Саши разорвется, если он еще хоть раз прочтет отчаяние в глазах. А значит, выбираться нужно самому.
Он бросился в другой конец ванны, у которой стоял стул, смахнул с него заранее приготовленное полотенце и вновь приподнялся, в этот раз упираясь в бортики у стола. Руки ныли от тяжести собственного тела, но наконец, пусть и неуклюже и едва не свалившись, ему удалось сесть на стул. Он обтерся полотенцем, дотянулся до халата на вешалке за спиной и надел его.
Осталось доползти до кровати.
Саша склонился, загнул под стул колени и медленно, упершись руками об пол, спустился вниз и начал мучительный путь. Руки по-прежнему ныли от рвущей боли. У двери, прислонившись к стене спиной, ему удалось немного передохнуть, а затем, с новыми силами, он открыл дверь и застыл в немом ужасе.
Мелл стоял перед ним, совершенно растерянный.
– Что ты здесь делаешь?
– Я забыл забрать поднос.
Саша раздраженно закатил глаза. Страх сменился злостью.
– И приспичило же тебе забирать его именно сейчас!
– А что такое? Ты что, поскользнулся и упал? – подхватил его за плечи Мелл и помог встать.
По телу Саши пробежали холодные мурашки. Он что есть силы старался пробудить в ногах хоть каплю жизни и двигать ими, но когда настала пора сделать шаг вместе с Меллом, те безжизненно повисли, и парочка едва не рухнула на пол.
Саша боялся смотреть Меллу в глаза.
– У тебя ноги отказали? – прошептал тот, ужаснувшись.
Саша не понял, как оказался у него на руках. Возражать он не смел. Его донесли до кровати, аккуратно уложили, взбили подушку под головой и укрыли по пояс одеялом.
– Я и сам могу все это сделать, – буркнул он, глядя в потолок. – Я не такой беспомощный, как кажется.
Мелл закрыл лицо руками. Плечи его вздрогнули в тихом всхлипе.
«Господи, дай мне сил все это пережить и не сойти с ума!». Его ранило то, что он видел, но еще сильнее – то, что он слышал. Эти упрямство, фальшивая стойкость перед смертью, препирания и холодность.
– Перестань хотя бы врать. Ты невыносим, – произнес он горько.
– Только сейчас это заметил? – Лицо принца исказила бледная усмешка. – Ложись рядом.
Мелл отчетливо расслышал в его словах просьбу, а не привычное жесткое повеление.
Он покорно лег и бегло осмотрел Сашу с ног до головы, словно боясь заметить явный след смерти, но и того, что он видел, было достаточно: нездоровая бледность с зеленоватым оттенком делала Сашу похожим на мертвеца; казалось, местами между кожей и костями не было и миллиметра плоти, а в угасающих впалых глазах едва различался алый – теперь он больше походил на цвет спекшейся крови. Ничто в его облике не могло подарить надежду на ремиссию. Смерть жила в его теле давно, она лишь ждала часа, чтобы наконец забрать чахлую, измученную душу.
Его скорбный, говорящий лучше любых слов взор не остался незамеченным.
– У тебя еще есть шанс уехать и не увидеть то, что от меня останется. Джоан приедет, если я не буду отвечать ей два дня.
– Я и шага в сторону от дома не ступлю, – решительно ответил Мелл. Голос охрип от обиды, сдавившей горло.
– Не хочу, чтобы ты видел меня таким. Смерть уродует тела до неузнаваемости. Мертвецы выглядят отвратительно. Я и сейчас на него похожу. Можешь себе представить, что будет со мной после смерти? С моим везением процесс гниения начнется сразу, как только остановится сердце, и будет стремительнее, чем…
– Умоляю, перестань. Я уже все решил. И я все еще надеюсь на твою ремиссию.
– Что в последний момент случится чудо и мое тело примет ЗНР целиком? – Саша горько заулыбался и замотал головой. – Наивность у Норфолков в роду? Ты видел меня? Из такого не выбираются.
– Ты не видел людей с очень тяжелыми травмами, которые не только выживали и вставали на ноги, но и вели полноценную жизнь.
– Полноценная жизнь никогда мне не подходила.
