Итак, искать можно либо в России, либо в США. Однако все эти рассуждения имеют смысл, если дощечки уцелели, а не погибли. Но тем не менее надежда есть, и не малая.
6) Вопрос несовпадения текстов, публиковавшихся А. А. Куренковым в журнале «Жар-птица», с текстами Ю. П. Миролюбова очень и очень интересен. В самом деле, почему тексты не совпадали? И почему Юрий Петрович допускал такое вольное обращение с копией памятника? Нетрудно догадаться, какие выводы из данных фактов сделали противники подлинности «Книги Велеса». Вот что пишет в связи с этим Д. М. Дудко: «Кто же дурачил читателей: Куренков, Миролюбов или оба вместе? Если это генерал уродовал текст, дабы сделать его более «древним» и «загадочным», то почему Миролюбов годами терпел такое и никому о том не обмолвился?» (II, 28; 11). Контекст фразы таков, что нетрудно догадаться: Д. М. Дудко считает, что Куренков и Миролюбов дурачили читателя на пару, т. е. никаких древних дощечек на самом деле и не было. Или вот ещё. Уже не раз упоминавшийся нами И. Можейко (К. Булычёв) и здесь в своей критике и скепсисе превзошёл всех остальных (правда, как обычно, «передёрнул» факты): «Между тем множились переводы табличек и их публикации. Но затем украинский археолог Скрипник сравнил публикации Миролюбова, Лесного и других открывателей и выяснил, что в них упоминаются и исследуются разные таблички. То есть Миролюбов разным людям посылал различные тексты (видимо, Можейко считает Юрия Петровича просто-напросто идиотом. —
Прежде чем ответить на указанные вопросы и произведённые выпады, сами поставим два вопроса. Первый: а от каких, собственно, текстов Ю. П. Миролюбова отличались публикации А. А. Кура? Второй: каков всё-таки масштаб отличий публикаций в «Жар-птице» от текстов Ю. П. Миролюбова?
Первый вопрос звучит несколько странно. Дело в том, что существовала рукописная копия текстов «Велесовой книги», выполненная Юрием Петровичем непосредственно с дощечек, и машинописная, которую последний набирал со своей рукописной копии для отправки текстов А. Куру, а позже С. Лесному и С. Ляшевскому.
Итак, когда мы говорим об отличиях текстов, публикуемых А. А. Куренковым в «Жар-птице», от текстов Ю. П. Миролюбова, то имеем в виду машинописную копию.
Отвечая на второй вопрос, заметим, что Н. Ф. Скрипник, сравнивавший варианты текстов Ю. П. Миролюбова (машинописные) и А. А. Кура друг с другом, действительно пишет, что сравнение выявляет «сотни различий, какие никак нельзя объяснить обычной редакционной правкой…» (II, 52; 171). Но вот что примечательно. В 1990 году в «Трудах отдела древнерусской литературы» (Т. 43) профессор О. В. Творогов впервые в нашей стране полностью издал «Велесову книгу». Причём издал по всем правилам научных публикаций (с указанием разночтений и т. д.). Это издание и поныне считается наиболее полным и совершенным из выполненных в России (II, 28; 13), (II, 52; 175). Вместе с текстами помещена обширная критическая статья О. В. Творогова. В ней профессор указывает, что за основу своей публикации он принял машинописную копию Ю. П. Миролюбова (II, 52; 175). Фотокопию данной машинописи он взял из книги Н. Ф. Скрипника (II, 52; 171). Однако у О. В. Творогова имелись, как сам он отмечает, два выпуска работы Б. А. Ребиндера «Велесова книга» (II, 11; 278). Но Б. А. Ребиндер работал с текстом дощечек, опубликованным в «Жар-птице», т. е. с вариантом А. А. Куренкова (II, 52; 175). Сравнив два эти варианта текста, О. В. Творогов отметил: «Но различия этих текстов в их общей части (мы помним, что в машинописи есть ряд добавочных, сравнительно с публикацией, фрагментов) в основном носят орфографический характер и существенно не влияют на смысл текста» (II, 52; 175). Профессор О. В. Творогов — противник подлинности «Книги Велеса». Поэтому в каком-то искажении фактов или в их трактовке в пользу её аутентичности его никак нельзя упрекнуть. И тем не менее вывод предельно ясен: значительных различий между вариантами Ю. П. Миролюбова и Куренкова нет. Правда, в публикациях отсутствует ряд фрагментов, имеющихся в машинописной копии Ю. П. Миролюбова. Всему этому, на наш взгляд, можно дать объяснение. Но сделаем мы это несколько ниже. Сейчас же заметим, что «истеричные выкрики» по поводу огромных отличий текстов Ю. П. Миролюбова и публикаций А. А. Куренкова необоснованны. Наиболее вопиющим на этом фоне, конечно же, выглядит случай с дощечкой № 5. Вместо вполне исправного текста А. А. Куренков публикует лишь четыре «осколка» (II, 28; 11).
