В сценариях «сокращения» правительства и общества придут к выводу, что рост сам по себе является главной проблемой, и сосредоточатся на целях устойчивости и агрессивного обуздания многих тенденций развития. Правительства будут замедлять рост повышением налогов и прямым регулированием неустойчивой деятельности. Сложится более спартанский по условиям жизни мир с небольшим количеством предметов роскоши и строгими ограничениями на размер семьи. Средний материальный уровень жизни большинства людей упадет ниже начала двадцать первого века, хотя богатые элиты продолжат наслаждаться потреблением в защищенных анклавах. Либеральные демократии будут враждовать между собой, поскольку трудно добиться согласия при недостатке ресурсов366. Следовательно, сокращающиеся общества часто станут прибегать к авторитарным методам управления. Эти сценарии ориентируются на стабилизацию, однако менее уважительно относятся к целям свободы и равенства из современных утопических деклараций. Наши потомки узнают, как устойчиво управлять планетой, но, возможно, утратят многие политические и юридические права. Научные и технологические инновации будут продолжаться, хотя, возможно, медленнее, чем в менее авторитарных сценариях. В худшем случае сокращение окажется антиутопическим, даже оруэлловским, а в лучшем случае будущее может выглядеть как анархистский мир Анарреса из «Обездоленных» Урсулы Ле Гуин [128]. От исследования космоса человечество не откажется – более того, это исследование может ускориться при поддержке правительств, конкурирующих за ресурсы астероидов, лун и планет.
Сценарии «устойчивости» сочетают оптимистический дух Кондорсе с реализмом планетарных ограничений. Они предвидят будущее, в котором высокие стандарты жизни будут поддерживаться устойчивыми технологиями, но надежды на бесконечный рост потребления оставлены позади. Эти сценарии наиболее близки к утопическим целям, описанным ранее в настоящей главе. В своей работе «Путешествие на Землю» Пол Рескин воображает турбулентные десятилетия конкуренции традиционных правительств (с традиционными ценностями) с ценностями устойчивости Глобального движения граждан. К середине столетия, когда опасность экологического и политического коллапса окажется очевидной, сложится широкое общественное согласие по поводу устойчивости и возникнут новые всемирные институты для координации общих действий. Ценности большинства обществ сместятся в сторону устойчивости, укрепления равенства и улучшения качества жизни, а не увеличения потребления367. В сценариях устойчивости идея мирового гражданства выглядит убедительнее современного национального гражданства. Но региональное и культурное разнообразие будет сохраняться, как происходит и сегодня во многих мультикультурных национальных государствах.
Технологические инновации продолжатся, за ними будет стоять наиболее могучая движущая сила человеческой истории – коллективное обучение. Эти новшества будут охватывать новые способы устойчивого производства энергии, более дешевые и эффективные формы транспортировки и производства, новые способы очистки и уничтожения парниковых газов и множество типов умных роботов. Они также охватят медицинские технологии, замедляющие старение (некоторые врачи уже рассматривают старение как болезнь, а не неизбежность), увеличивающие продолжительность жизни, предлагающие новые умные протезы и побеждающие болезни вроде рака368. Устойчивые инновации и резкое сокращение напрасных трат, включая военные расходы и рекламу, обеспечат более высокий уровень жизни, чем в начале двадцать первого столетия. Но растущее осознание опасности чрезмерного потребления будет способствовать формированию духа достаточности и широкого равенства. Предположение о том, что прогресс означает бесконечный рост, будет вытеснено новыми определениями, согласно которым прогресс продолжается в стабильном равновесном состоянии, удерживающем человечество в рамках того, что авторы книги «Пределы роста» назвали «тщательно контролируемым балансом»369. Численность населения стабилизируется на уровне восьми миллиардов человек или меньше, всеобщее здравоохранение и образование, а также гарантированное материальное обеспечение станут восприниматься как норма, а большинство людей будет трудиться менее двадцати часов в неделю. Они будут «богаты временем» и станут жить новыми, более экологически реалистичными представлениями о том, что подразумевается под «хорошей жизнью». В таких сценариях люди в конечном счете учатся правильно управлять биосферой и ее опекать. Национальные правительства уцелеют, но сила мировых правительственных организаций возрастет, а их авторитет будет признаваться большинством сообществ на Земле.
