На Хане не было лица, когда он пересек порог квартиры и уселся за стеклянный обеденный стол. Мысли никак не собирались в кучу, поэтому парень не заметил сидящего на кресле Ма Давэя, читающего новую книгу. Лу обречённо схватился за голову, растормошил свои волосы и скрыл за горячими ладонями лицо. «Я все испортил».
Все эти дни до встречи с Чунтао, его план казался идеальным. Поступок Кан Джу Вона и Лэя стал серьезным поводом для страха. Лухан нажил достаточно врагов и эти двое не самые опасные из всего списка. Хань в сущности боялся за Чунтао, ведь она — его слабое место, то, куда в первую очередь будут бить. Разве он мог так рисковать? Именно поэтому Лу отдалился. Он намеревался выстрадать боль расставания в одиночку, а Чун доверил крепким рукам гонщика, к тому же, родители девушки должны были поддержать и отвлечь. Но Хань с треском провалился и все получилось с точностью да наоборот.
Если Лухан находился где-то на третьем уровне, то в его глазах Чун была на сто пятидесятом. Хань знал все свои минусы: он ещё слишком слаб, чтобы оберегать ее и предотвратить повторное нападение. Лу мечтал сохранить в Чун такие качества, как детский задор, умение творить, а также смелость и любовь к приключениям, но если художница будет рядом с ним, то в скором времени упадет в бездну страдания и депрессии.
— Знаешь, — голос дяди поверг парня в шок. Лухан вздрогнул, — я давно хотел сказать тебе: может обдумаешь все ещё раз? Не стоит отказываться от любви из-за призрачного страха. Когда-то я сам так сглупил и до сих пор жалею об этом.
— Уже поздно, что-либо менять, — Хань взглянул на мужчину в домашнем костюме, с книжкой в руках. Ма прошел в кухонную зону и налил племяннику горячий чай.
— Никогда не поздно, — Старший поставил чашку перед Ханем и сел напротив.
— Дядя, спасибо, что закрыл счёт в больнице. Я верну тебе деньги, обещаю.
— О, если бы меня волновали деньги… Лучше приведи в порядок свою личную жизнь, мне этого будет достаточно, — он тепло улыбнулся и направился в сторону спальни, но перед дверью остановился. — Не совершай моих ошибок.
***
Родители покинули Сеул на следующий день после ссоры с дочерью. Старшие оставили записку с извинениями и конверт с деньгами на ближайший месяц, а ещё перед отъездом наполнили холодильник продуктами. Мама даже успела застелить новое постельное белье и украсить дом цветами, чтобы ее дочери было уютно в этом маленьком жилище.
Чунтао в это время была в полицейском участке. После разговора с Тао, она решила забрать заявление о похищении и причинении вреда. Если до этого девушку останавливали родители, то после ссоры с ними ей было абсолютно все равно на мнение старших. Чунтао не могла признать в себе жертву, что ее домогались или как-либо касались незнакомые люди. Сама мысль о том, чтобы присутствовать в суде в качестве жертвы, рождала в душе немыслимый ужас. Лучше уж Чжан и Кан останутся безнаказанными. Главное, чтобы они держались подальше, этого ей вполне хватает.
Сразу после участка, Чун отправилась на занятия. С раннего утра она приводила себя в порядок и сегодня выглядела просто чудесно! Хотя в глазах таилась грусть, никто из окружающих ее бы точно не заметил, так как подведенные раскосые глаза и губы цвета ягодного коктейля перетягивали все внимание на себя. Художница уложила волосы, надела одно из купленных на каникулах платьев. Она сделала все, чтобы выглядеть победившей депрессию; человеком, с которым все нормально.
Старания не прошли даром, ведь Тао обрадовался появлению подруги не в черной одежде, а когда та по привычке завалилась на стул и бросила сумку с тетрадями на пол, задорно усмехнулся.
— С возвращением, подруга! — Хуан отложил телефон на стол и откинулся на спинку сидения. — Ты вспомнила, куда спрятала коллекцию помад? Давно я не видел тебя с накрашенными губами.
— Спасибо, — Чунтао сделала максимально расслабленное лицо и мягко улыбнулась. — Начало новой жизни!
— А что со старой не так? — Цзы Тао выгнул бровь дугой, думая, что подруга вновь что-то да напридумывала.
— В старой у меня был парень, а в новой я свободная птица! Куда хочу, туда и лечу, — Чун улыбнулась, пожала плечами.
— Это он тебе так сказал? — Тао почему-то помрачнел. Девушка была уверена, что гонщик обрадуется таким новостям.
— Да. Вчера, после игры, — Тан достала из сумки тетрадь и ручку.
— Ясно, — Тао больше ничего не спрашивал. Да, изначально он плохо относился к Лухану, ведь тот зарекомендовал себя ненадёжным человеком, однако после похищения, видя, как Лу переживает за Чунтао и готов на все, ради ее безопасности, Хуан поменял свое мнение. Он не мог судить футболиста, потому что видел его отчаяние в тот день. Это было слишком больно.
На перерыве между пар, друзья отправились в кафетерий, чтобы подкрепиться вкусным перекусом и увидеть знакомые лица. Чун всю дорогу настраивала себя на встречу с Ханем. Что она не даст слабину и гордо выдержит появление футболиста, а ещё покажет ему, что с ней все в порядке и она вовсе не страдает.
