В конце мая 1775 года королевский флот доставил в осажденный Бостон подкрепление из Англии. Вместе с вновь прибывшими батальонами с флагманского фрегата «Цербер» на бостонский причал ступили три надменных британских аристократа – генерал-майоры Дж. Бэргойн, Г. Клинтон и У. Хау. Этому триумвирату предстояло провести военные операции в Америке и, в первую очередь, помочь Томасу Гейджу прорвать осаду с материка. Генералы были полны решимости. «Дайте нам высадиться на берег, и мы найдем место, чтобы поработать локтями», – заявил Дж. Бэргойн.
К этому времени полторы тысячи американских ополченцев укрепились к северу от Бостона, на стратегически важных высотах Банкер-Хилл и Бридс-Хилл. Губернатор Гейдж принял решение нанести здесь сокрушительный удар по мятежникам и поручил общее руководство операцией прибывшему генералу Хау.
Уильям Хау принадлежал к одной из самых богатых и влиятельных семей Альбиона. Согласно исторической легенде, Уильям был внуком одного из незаконнорожденных отпрысков короля Георга I и, таким образом, приходился дядей царствующему монарху Георгу III. Его родственники много лет заседали в Палате лордов. Хау окончил привилегированную Вестминстерскую военную школу (где учились в то же время Т. Гейдж и Дж. Бэргойн). Высокий брюнет, кутила, любитель женщин и азартных игр, он имел, тем не менее, длинную и успешную военную биографию.
Утром 17 июня 1775 года две с половиной тысячи британских солдат под командованием Хау высадились на материк и двинулись на Банкер-Хилл. Им противостояла пестрая масса плохо вооруженных ополченцев, общее руководство которыми взял на себя бывший фермер И. Патнем. В стане янки, пожалуй, не было более колоритной фигуры, чем пятидесятисемилетний здоровяк Изрейл Патнем, прославившийся еще в колониальных войнах с Францией и индейскими племенами. Говорили, что однажды он был захвачен в плен индейцами и ожидал смерти на костре, но в последнюю минуту его спас французский офицер. Позднее Патнем участвовал в британской военной экспедиции на Кубу и оказался в числе немногих уцелевших при кораблекрушении во время урагана. Когда-то на его руках скончался от полученных в бою ран старший брат У. Хау. Теперь судьба развела по разные стороны редутов храброго американского воина и блестящего английского генерала.
Банкер-Хилл. Памятник полковнику Уильяму Прескотту
Главный удар британцев на холме Банкер-Хилл пришелся по американским позициям, которыми руководил еще один ветеран колониальных войн Уильям Прескотт. При поддержке корабельной артиллерии английская пехота, выстроившись в несколько линий, пошла в лобовую атаку. Стоя под британским ядрами в полный рост, полковник Прескотт сдерживал своих людей: «Не стреляйте, пока не увидите белки их глаз!» Подпустив «красные мундиры» предельно близко, ополченцы открыли огонь, разбили порядки королевских войск и заставили их отступить.
С захваченных высот американцы наблюдали за действиями английской армии. Впечатляющие маневры флота и перегруппировка отборных частей под командованием Клинтона не оставляли сомнений в намерениях британцев. В полдень Уильям Хау дал приказ к новой атаке. И вновь, встретив самое ожесточенное сопротивление и понеся немалые потери, войска Альбиона вынуждены были отойти.
В последнюю, третью атаку королевских солдат повел лично генерал Хау. По его приказу батальоны оставили все снаряжение, готовясь решительному штыковому бою. К этому времени у американцев закончились боеприпасы, и в ходе яростной рукопашной британцы наконец овладели высотами.
Генерал Хау в забрызганном кровью гренадеров мундире мрачно взирал на поле боя. Банкер-Хилл достался дорогой ценой. Потери англичан убитыми и ранеными составили более тысячи солдат, что в два раза превысило потери американцев. «Еще одна такая победа, и мы останемся без армии», – стали поговаривать офицеры Его величества.
Штаб-квартира Дж. Вашингтона в Кембридже
Две недели спустя, 2 июля 1775 года, в войска, осаждавшие Бостон, прибыл Джордж Вашингтон. Бывший друг Гейджа, он принял на себя общее командование американской армией. Генералу предстояла нелегкая задача организовать из разношерстных отрядов ополченцев регулярную американскую армию, способную противостоять одной из самых сильных в военном отношении держав. Увиденное поначалу привело Вашингтона в уныние: военный лагерь больше походил на цыганский табор, шатались пьяные в драных рубахах, воинских различий никто не соблюдал, вооружение было самым разнообразным – охотничьи ружья, привязанные к палкам кинжалы, индейские томагавки.