Элиза Холл (
Санта-Барбара в конце XIX столетия была далека от своей нынешней славы – небольшая деревушка в калифорнийской глуши. После перенесенной инфекционной болезни Элиза стала терять слух. Доктор Холл порекомендовал жене выучиться игре на каком-нибудь духовом инструменте – для профилактики тугоухости. Единственным из духовых инструментов в Санта-Барбаре оказался саксофон, на котором упражнялся на досуге местный рабочий. Сияющий медью инструмент выглядел диковинкой: саксофон изобрели не так давно, и он был, скорее, предметом насмешек профессиональных музыкантов. Тем не менее, богатая дама с энтузиазмом брала уроки у саксофониста-любителя, делая успехи не только в «продувании ушей».
В 1897 году Ричард Холл скончался, и вдова решила вернуться в родные пенаты. Любительница музыки, она организовала и финансировала камерный Оркестровый клуб (
Элиза Холл
Совместное детище Лонжи и Элизы Холл вызвало немало пересудов в свете. Вкусы местной элиты определял Бостонский симфонический оркестр, который в ту пору именовался «форпостом немецкой музыкальной культуры». Не случайно, одна из версий появления исторического прозвища «бостонских браминов» связана с их стойкой приверженностью к творчеству Брамса. Оркестр состоял из немецких и австрийских музыкантов, на репетициях английским языком не пользовались. По словам дирижера оркестра венца Вильгельма Герике, сам Рихард Штраус говорил, что «хотел бы иметь такой оркестр в Европе, чтобы исполнять с ним все симфонии Бетховена».
Оркестровый клуб во главе с Элизой Холл и дирижером Лонжи пропагандировал творчество современных французских композиторов – Дебюсси, Сен-Санса, Равеля. Консервативные «брамины» к подобной музыке оказались не готовы. В довершение ко всему миссис Холл играла в своем оркестре на саксофоне, что было открытым вызовом приличиям. «Женскими» инструментами в те времена оставались фортепиано и арфа, а саксофон считался вульгарной «экзотической трубой».
В 1901 году Элиза Холл приехала в Париж с рекомендательными письмами Жоржа Лонжи. Американка хотела заказать пьесы для саксофона известным композиторам. Первым в ее списке стоял Клод Дебюсси, достигший во Франции известности, сродни скандальной славе Моне и Ренуара. «Он обнаруживает чрезмерное чувство музыкального колорита, которое временами заставляет его забывать о четкости рисунка и формы. Он должен особо остерегаться расплывчатого импрессионизма, столь опасного врага правды в произведениях искусства», – пенял Дебюсси маститый столичный музыковед.
Клод Дебюсси
Композитор не жаловал иностранных меценаток. Еще во время учебы в консерватории молодой парижанин нанялся в качестве учителя музыки для детей к миллионерше из России Надежде Филаретовне фон Мекк (меценатке и покровительнице П. И. Чайковского). Дебюсси работал в этой семье три года подряд. Когда он обратился к мадам фон Мекк за разрешением жениться на ее старшей дочери и наследнице Соне, госпожа фон Мекк указала «французику» на дверь.
Свидетельств разговора Дебюсси с Элизой Холл не сохранилось. Сумма предложенного гонорара хранилась в тайне, но, вероятно, была столь значительной, что всегда отягощенный долгами композитор не устоял. Саксофон, который Дебюсси считал «смешным» инструментом, был всего лишь эпизодической добавкой к оркестровкам и не играл самостоятельной роли. Клод Дебюсси то приступал к работе, то бросал ее. К тому же он переживал очередной бурный роман с замужней женщиной, мадам Бардак, из-за чего его собственная супруга даже пыталась покончить с собой.