У покойного остался пятилетний сын Оттон[425]. В то время, как одни могущественные люди желали, чтобы он унаследовал отцовское королевство, другие возражали против этого. В конце концов королевство осталось за ним, но только после многих усилий и различных превратностей. Ведь Хезилон[426], двоюродный брат покойного короля, которого до тех пор содержали в оковах в темнице, поскольку он оспаривал корону, освободился, благодаря козням дурных людей, на погибель королевству, и многие из них приняли его в своих замках. Столь же знатный, как и Оттон, он был красив и крепок телом, охоч до почестей и властолюбив, духом силен, но коварен. Жаждая править, он склонил на свою сторону и сделал своими приближенными и друзьями всех клятвопреступников, осужденных по суду или опасающихся суда за содеянное[427], наконец, просто всех бесчестных людей, которые были ему по душе. Благодаря их коварству, он похитил сына покойного короля, маленького Оттона, рассчитывая править вместо него. Итак, полагая, что королевство уже находится в его власти, он готовился принять корону и скипетр. Он решил просить помощи у Лотаря и надеялся сделать его своим другом и соратником, уступив ему Бельгику; он отправил к нему послов, чтобы они скрепили этот договор клятвой. Согласно этой клятве, оба короля должны были встретиться в назначенном месте у Рейна[428].
Согласно клятве, переданной через послов, Лотарь в назначенное время пересек Бельгику со своим войском, чтобы не нарушить обещание, и прибыл в назначенное место на Рейне. Но Хезилон, опасаясь, что если он поспешит навстречу, то знатные сеньоры заподозрят его в том, что он хочет принять Лотаря в своем королевстве, решился нарушить клятву и отказался прийти. Поняв, что над ним посмеялись, Лотарь отступил, однако не без труда, ибо белги, через земли которых он проходил с войском, возмущенные его появлением, завалили деревьями проезжие пути и вырыли глубокие рвы поперек дороги. Они хотели не сразиться с врагом в открытом поле, а напасть с тыла на противников, задержанных этими препятствиями, либо обосноваться на высоких горах и осыпать стрелами и камнями идущих внизу. Так как им не хватало духу сразиться в открытую, они разместили лучников с луками и арбалетами на возвышенных местах, и пока войско проходило внизу, они с высоты одних пронзили, а других изранили стрелами и другими снарядами. Но молодые воины отыскали проход к ним, взобрались и обрушились на врагов; в гневе они ранили некоторых, а некоторых предали смерти. Трижды они нападали столь свирепо, что навалили груды мертвых тел, подобные холмам. Когда они спустились, войско изрубило мечами завалы на дорогах и раздвинуло копьями наваленные кучи деревьев, и так расчистило себе путь. Наконец, с большим трудом войско миновало вражеские земли.
В то время никто нс правил Германией, ведь Оттону не позволял править нежный возраст, а стремление Хезилона стать королем оспаривалось лучшими людьми королевства. Поэтому Логарь, пользуясь случаем, подумывал о вторичном вторжении в Бельгику, чтобы вернуть ее под свою власть, ведь Оттона больше не было, а знатные сеньоры жили в раздоре и королевство оставалось без короля и никем не управлялось[429].
Итак, он призвал Одона[430] и Хериберта[431], мужей известных и могущественных, и открыл им свое тайное желание. И поскольку немногим ранее он милостиво пожаловал им огромные владения их дяди, умершего без наследников, вместе с хорошо укрепленными замками, они тотчас ответили, что готовы служить ему и во время мира, и на войне. После того, как они обещали свою помощь, король рассказал им о своем намерении вернуться в Бельгику и завоевать ее; они предложили для начала взять Верден, так как этот город находится ближе всего, и они нападут на него, осадят и не отступят, пока не возьмут его. И они до тех пор останутся в Бельгике, пока либо не завоюют ее силой, либо пока белги не признают себя побежденными и не сдадутся. Приняв от них клятву, король сразу двинул свое войско на Верден.
Расположение города позволяло нападающим подступить к нему спереди по удобопроходимой равнине, но с тыла он был недоступен. С этой стороны поднималась скала и простиралось глубокое ущелье. На другом его краю высились крутые отроги. Город изобиловал источниками и колодцами, на радость его обитателей, но и соседствовал с лесом и омывался рекой Маасом с крутыми берегами[432]. Итак, подступ был только спереди, и нападающие соорудили на равнине военные машины разного назначения. Защитники города также приготовились к сопротивлению. Сражение длилось восемь дней напролет. Но поняв, что союзники вне города не посылают им никакой помощи и что они не смогут вынести тяжести бесконечного сражения, жители города посовещались и решили сдаться врагу на условиях, что им не причинят никакого ущерба и оставят невредимыми. Они открыли ворота города и сдались Лотарю[433].
