Под ногами мелодично хрустели коричневые, кремовые и черные песчинки гравия — уже в сумерках, когда фонари разгорелись Белла направилась назад в дом. Ей не хотелось наслаждаться чтением под искусственным освещением. И стоило ей выйти на финишную прямую к поместью, как на другом конце сада раздался хлопок. Беллатриса разглядела в раскрывшихся воротах ровную фигуру мужа.
-Доброго вечера, Беллатриса. — Она все-таки решила дождаться его. С улицы уходить совсем не хотелось, а они бы все равно встретились в доме.
Родольфус подошел к жене, явно довольный чем-то и, конечно же, в его руке было вечернее издание Пророка.
-Добрый вечер. — Тихо проговорила Беллатриса.
-Сегодня замечательный день, в Министерстве было много интересных дел. — Проговорил Родольфус. — Но почему-то он тянулся страшно долго.
-Не соглашусь. — Пробормотала Беллатриса: эти слова случайно сорвались с ее языка.
Родольфус никак не отреагировал на ее ответ и задал другой вопрос:
-Как поживает твоя матушка?
Беллатриса изумленно посмотрела на мужа, сжав руки на груди.
-Неплохо. — сдержанно сказала Беллатриса. — Кстати, она передала мне приглашение на свадьбу моей сестры Нарциссы. Тебе и мне.
-Да? Жених, как я помню, Люциус Малфой? Похвально. — Глаза Родольфуса напыщенно загорелись и морщины, которые обычно при взгляде были похожи на идеальные отрезки скривились в естественной кривизне. — Это прекрасно, я польщен этим и рад, что меня позвали на такое званное торжество. Значит, они, безусловно уважительно относятся ко мне.
-Я же не могу идти на свадьбу без своего супруга. — Прибавила Беллатриса невзначай.
Девушка явно не ожидала, что от последних ее слов морщины на лице мужа снова сожмутся в прямые линии, искажая лоб.
-Покажи мне приглашение. — Пробурчал он. — Я обязан увидеть собственное приглашение. Когда оно будет? Торжество?
-Семнадцатого июля. — Ответила Беллатриса.
Родольфус галантно пропустил свою супругу впереди себя, распахивая входную дверь и тут же сжал ладони в душащей жестикуляции.
-Добрый вечер, Хозяин Родольфус. — Пропищала Клякса в поклоне, когда Родольфус пришел. Прошу вас идти ужинать, я уже подала его в столовую.
-Прежде принеси приглашение на свадьбу из комнаты моей жены. — Приказал Родольфус.
-Оно на кровати. — Бесцветно добавила Беллатриса.
Клякса исчезла после хлопка, и через мгновение вернулась, протягивая Родольфусу пергамент и письмо от Нарциссы. Письмо он отбросил, прочитав пару строчек, пробурчав что-то вроде — «Глупости какие-то…». На приглашении же он заострил куда большее внимание.
-Это большая честь для меня. — Произнес Родольфус уже прежним напыщенным тоном. — Значит, я, конечно же, приду. Это важное событие, и я ужасно рад, что имею честь в нем поучаствовать.
После этого он направился в столовую. Там он уже разговаривал весь ужин, по большей части, сам с собой о том, какое замечательное все-таки место — Министерство Магии. Поев, он удалился спать. Вслед за ним и Белла ушла.
****
Обычно в это время года — между шаловливой весной и жарким летом — солнце пригревало как-то слегка и неравномерно. То томило всех в жарких своих лучах, то, играясь вместе с ветром, создавало легкую прохладу. Сегодня как раз царил холодок, но, правда, без всякого солнца. Легкий смог, словно полупрозрачная дымка, стелился над природой. Беллатриса разглядывала ее с необычайным любопытством. Как быстро человек забывает, как выглядит туман после долгих солнечных дней, так же быстро, как человек забывает дыхание мороза, после нескольких летних месяцев. Особенно если этот человек молод и счастлив.
Беллатриса проводила утро за книгой, которая случайно попалась ей в библиотеке и за ностальгией заодно. Сидя на подоконнике в своей комнате она еще изредка поглядывала на туман, который стелился по равнине. Скорее всего скоро пойдет дождь, думала она. Тучи, словно перемешиваемая кистью черная краска, сливались с редкими голубыми кусочками неба. Голуби ворчали под крышей, укрываясь стаями под черепицей.
Курлыканье их сегодня, отчего-то, особо смешило девушку. Они все бормотали и бормотали на своем голубином языке и Белла, расположившись возле открытого окна, невольно забросила свою книгу. Сосредоточится ей было не по силам. К тому же, еще была весна.
Беллатриса, вспомнив о значении этих песенок в весеннее время, громко прыснула и начала хохотать, держась за живот. Ей сразу вспомнились умалишенные голуби, которых она гоняла в детстве, как еще те гонялись друг за другом и ворковали, надуваясь как шары.
Беллатриса, вообразив себя на месте какого-нибудь очумевшего голубя, засмеялась так, что чуть не перевернула чашку, стоявшую рядом с ней на подоконнике. Раздался недовольный кашель.
-Почему ты так громко смеешься, Беллатриса?
Беллатриса тут же замолчала, увидев Родольфуса. Зачем-то он зашел в ее комнату, хотя, кажется, ранее спешил на работу. Он был одет в одну из своих темных мантий для походов в Министерство, украшенную тускневшим значком с их символикой.
-А? — переспросила Белла, отвлекаясь и пытаясь сдержать смех.
-Я спросил тебя, почему ты смеешься, — терпеливо повторил он.
