Все ромейские войска жаловались и обвиняли Рштунийского владельца и армян пред своим царем за поражение при местечке Мардоцек’[194]. Они говорили, что (армяне) «сговорились с исмаильтянами, нас обнадежили и тем побудили рассеивать свои силы в набегах по Атрпатакану, и неожиданно наслали на нас (исмаильтян), чтобы нас поразить. Все, что мы имели там, пропало. Разреши нам итти в Армению на поиски своего добра».
Тогда Константин согласился исполнить желание войска. Он взял войско и направился в Армению со 100.000 человек. Когда он дошел до Дерджана[195], ему вышли навстречу несколько исмаильтян и подали письмо от своего властители, который писал так: «Армения - моя, туда не ходи; если же пойдешь, я приду на тебя и сделаю так, что и убежать обратно не сможешь». А царь Константин ответил: «Та страна - моя, и я иду туда; если ты пойдешь на меня, то справедливый бог будет нашим судьей». Выступив оттуда, он пришел в город Карин в 12-м году своего царствования, в 20-м исмаильтянского владычества.
Царь Константин остался в городе Карине несколько дней. Там ему вышли навстречу князья и войско так называемой Четвертой Армении[196], а также все войска и князья, которые отошли туда со стороны рштунийцев. Вышли навстречу[197] сперяне, князья Багратуни, и манаг’айцы, и даранаг’айцы, и из области Екег’яц, и все войска тех стран, и каринцы и тайцы, и басенцы. Также вышли ему навстречу князья Вананда со своими войсками, и ширакцы, и Хорхоруни, и люди из дома Димак’сянов. Вышел ему навстречу Мушег Димак’сян со своими сородичами и некоторыми другими князьями, и войско со стороны Айрарат: Аравег’яны, Аранямы, Варажнунийцы, Гнтунийцы, Спандунийцы и другие с ними. Пришел к нему навстречу на Тайк’а также католикос Нерсес. Все князья рассказали царю, как задумал восстать владетель рштунийцев и как часто его посещали посланцы исмаильтян. Тогда царь и все его воинство предали проклятию владетеля Рштунийского, лишили его почетной должности, послали другое лицо в сопровождении 40 человек заменить его в должности. Когда они пришли к нему (Т’еодоросу Рштуни), их схватили, часть их перевели в крепость Багеша, другую часть на остров Бзнунийского моря (Ванского озера); сам (Теодорос) вступил на остров Аг’т’амар и войскам тех стран приказал разойтись и укрепиться в своих областях. С ним были в союзе грузины, аг’ваны и сюнийцы, которые но его указанию разошлись но своим странам и укрепились в них. А Т’еодорос, Вахевунийский владетель, занял крепость Арп’айк[198], а его сын Григор приходился зятем Рштунийскому владетелю. А Вараз Нерсех Дашткарин[199] (и..... .) укрепились на открытом месте и силой завладели казной, ибо там находилась вся казна страны как церковная, так и княжеская и купеческая.
Узнав об этом, царь Константин задумал доставить добычу всему своему войску, отправиться в Армению на зимовку и в конец разорить ее. Тогда католикос и Мушег’ со всеми армянскими князьями пали ниц перед царем и с великим рыданием, проливая слезы, стали его умолять о пощаде, чтобы он не уничтожил страну за их преступление. Внял царь их мольбам, тут же распустил большую часть, войска, а сам с 20 тысячами человек отправился в Айрарат, прибыл в Двин и остановился в доме католикоса. Он назначил Мушег’а, владетеля Мамиконянского, начальником армянской конницы и отправил его с 3000 воинов в сторону Сепакан гунда; так же направил отряды из своего войска в Иверию, Аг’ванию и в Сюник’, чтобы расторгнуть их союз (с Т’еодоросом). А те войска занимали гористые и низменные места вокруг Арпа; некоторое время они отказывались подчиниться, но в конце концов покорились (грекам). А аг’ванцы, сюнийцы и Сепакан гунд не покорились. Их страны (царские отряды) предали грабежу, забрали, что нашли, и вернулись снова к царю.
