Ракурс рассмотрения Розановым проблемы пола заставляет говорить о его близости к философии жизни: критериями подлинности социального, мировоззренческого, религиозного и даже повседневно-бытового становятся органичность, укорененность, семейственность, несводимые, впрочем, к банальной физиологии. Постоянно присутствующий в произведениях Розанова мотив одиночества, заброшенности во многом предвосхищает экзистенциализм. В целом можно говорить об осуществленном Розановым художественном синтезе целого ряда тенденций и направлений современной ему философии. С одной стороны, чтение многочисленных произведений Розанова – пиршество чувств и ума. С другой стороны, оно требует больших усилий для понимания в силу противоречивости, мимолетности всего созданного Розановым. Да и сама личность русского мыслителя была неоднозначной: глубинная в мировоззрении и обывательская в поступках; духовно богатая в творчестве и беспринципная в общественной борьбе; истово верующая и примитивно сексуально озабоченная. Эти и другие антиномии духовных исканий Розанова органично характеризуют его творчество, оказавшее заметное влияние на стиль и дух русского философствования[382].
Николай Александрович Бердяев (1874–1948), один из самых известных на Западе русских мыслителей, учился в Киевском университете св. Владимира на естественном и юридическом отделениях, серьезно занимался философией. Бердяев увлекался марксизмом (киевский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса»), за что подвергался репрессиям. В духе своего времени он проделал эволюцию от марксизма к идеализму (см. его книгу «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии», 1901) ив конечном итоге пришел к новому религиозному сознанию, блестящим идеологом которого и стал.
Н.А. Бердяев
Бердяев – активный участник сборника «Вехи», критически пересматривавшего традиции русского радикализма и перспективы свободного развития русского общества. Поиски собственной концепции христианской философии реализованы Бердяевым в книгах «Философия свободы» (1911) и, особенно, «Смысл творчества. Опыт оправдания человека» (1916). Бердяев приветствовал февральскую революцию, но категорически отвергал октябрьский переворот. В 1918–1922 гг. он создал и возглавил Вольную академию духовной культуры, которая должна была продолжить традиции русского христианского мировоззрения. На основе лекций, прочитанных в ней, уже в эмиграции мыслитель издал книгу «Смысл истории. Опыт философии человеческой судьбы» (Берлин, 1923).
В 1922 г. философа высылают из России. Он остается эмигрантом до конца жизни. В Берлине, а затем в Париже Бердяев создает религиозно-философскую академию, издает с 1925 г. «орган русской религиозной мысли» журнал «Путь». Его эссе «Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы» принесло ему европейскую известность. Мыслитель активно участвует в европейской общественной жизни, является яркой фигурой русского эмигрантского христианско-демократического движения. Лучшими своими произведениями сам Бердяев считал написанные в эмиграции работы «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективизация» (1947) и другие, вплоть до книги «Самопознание. Опыт философской автобиографии», вышедшей посмертно (1949).
Бердяев был русским патриотом, стремившимся объяснить Западу содержание и значение русских национальных традиций («Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX и начала XX в.», 1946). Он подвергался критике со стороны ортодоксальной эмиграции за советский патриотизм. Безусловно, Бердяев был вершиной философии русского серебряного века и одновременно органическим звеном западноевропейской философии XX в.
Эволюция философских взглядов Бердяева трудно фиксируется в точных терминах, хотя можно описательно определить основные вехи этих изменений, точнее, саму логику эволюции русского философа: от эклектически оформляемого легального марксизма к новому религиозному сознанию, связанному с разработкой оригинальной концепции религиозно-идеалистического толка, в основном сформированной в России и развитой в последующие эмигрантские годы. В центре ее – человек, общество, мир. Там, где присутствует человек, обязательно присутствует Бог. Отсюда постоянный интерес Бердяева к диалектике взаимосвязи человека и Бога, Бога, человека и общества. Причем гносеологические акценты в этих построениях русского мыслителя постепенно смещались от сущностного понимания до эсхатологического озарения последних лет его жизни.
