Достижение эвдемонии в чисто разумной деятельности зависит только от самого человека и не связано с внешними условиями. Но в душе человека есть нечто, чуждое разуму, что ему противоречит и сопротивляется, но что, тем не менее, в нем участвует. В господстве над этой частью души, в умении контролировать свои импульсы и вожделения, вписывать их в канву разумного поведения и состоит «этическая добродетель», достоинство практического поведения. Иначе говоря, жить чистой теорией доступно лишь Богу, а не человеку. Для человека это скорее идеальная, а не реальная программа. Человек – сложное существо, и все его многосторонние потребности требуют удовлетворения. Каждая из этих потребностей для своего разумного удовлетворения требует выработки особого рода добродетели, т. е. способности к практическому действию, удовлетворяющему ту или иную потребность.
Помимо интеллектуальных потребностей человек обладает еще и телесными потребностями, удовлетворение которых, в отличие от интеллектуальных, не полностью зависит от человека, а требует определенных внешних условий. Поэтому наличие добродетели самой по себе еще не делает человека счастливым, предоставляя только необходимое, но еще недостаточное условие достижения эвдемонии. При ближайшем рассмотрении здесь обнаруживается трудноразрешимое противоречие в существовании человека: он не в состоянии полностью овладеть своим практическим бытием, поскольку это зависит от внешних обстоятельств («везения»), а бытие чисто теоретическое для него недостижимо, поскольку он не может до конца избавиться от страстей, импульсов и чувств, всегда тяготеющих к излишествам.
Задача разума – помочь человеку выбрать точную меру в поведении, найти средний путь между крайностями. Так, например, мужество есть середина между трусостью и безрассудством, щедрость – между скупостью и расточительностью и т. п. Добродетель, таким образом, есть род умеренности, удерживающей нас от ошибок, к которым влекут страсти. Путь правды и правоты – средний путь. Такова «теория середины», составляющая одну из основных идей аристотелевской этики.
Предпосылки государственно-правовых концепций античных философов – признание законности и необходимости рабовладения. И у Платона, и у Аристотеля речь идет о государстве свободных: рабы не считаются гражданами. Люди от природы не равны, считает Аристотель. Тот, кто не в состоянии сам отвечать за свои поступки, не способен стать господином самого себя, не может воспитать в себе умеренность, самоограничение, справедливость и другие добродетели, тот раб по природе и может осуществлять лишь волю другого. Такова, вкратце, концепция государства Аристотеля.