Поскольку всемогущий Бог, который есть Царь царей, соизволил поставить наше Его милостью величество над Своим народом и царством, поэтому нам надлежит не только править, но в еще большей мере служить на пользу монастырям, в особенности порушенным, в которых находятся изгнанные со своих мест свирепостью поганых мощи святых, лишенных до сих пор должного почитания. Поэтому да будет известно проницательному уму всех верных нам и Святой Божьей Церкви людей, как настоящих, так и грядущих, что достопочтенный маркграф Роберт, наш и нашего королевства совет и опора, одновременно и аббат монастыря святого мученика Винсента и великого епископа Паризиев Германа, обратившись совместно с графом Херибертом и славным епископом Аббоном к нашему величеству, предложил как ради почитания мощей святых, а именно: архиепископа Авдоена, а также блаженных исповедников Леутфреда и его брата Агофреда, – так и ради нашего благополучия и благополучия всего нашего королевства уступить аббатство, которое называется Крестом святого Авдоена, монахам вышеназванного исповедника Германа, дабы с сего дня и впредь мощи вышеназванных святых, долго лишенных Божественных служб, были с благоговением приняты этими киновитами и почитались Божественной службой, положенные рядом с мощами блаженного Германа.
Выразив согласие с подобающими просьбами верных нам людей, мы даруем и подчиняем это аббатство, чей кафоликон находится в Мадриакском паге на реке Автуре[2114], монастырю святого Германа и его монахам для их постоянного пропитания, за исключением той части аббатства, которую мы уступили норманнам, живущим на Секване, а именно Роллону[2115] и его графам, чтобы они охраняли королевство. Поэтому владения вышеназванного аббатства со всеми поместьями, землями, как обрабатываемыми, так и пустошами, виноградниками, лугами, лесами, водными угодьями и источниками, мельницами, рабами и колонами, со всем прочим, относящимся сюда, за исключением доли норманнов, постановляем передать, подчинить и закрепить за конгрегацией монахов святого Германа для их пропитания, одеяния и прочих их нужд, дабы ежегодно они бдениями и служением месс почитали четвертый день до Ид февраля[2116] как день поминовения нашей любимой супруги Фредеруны, а также с величайшим усердием отмечали пятый день до Календ февраля[2117], праздник святой Агнессы, как день нашего помазания. После же нашей кончины эти бдения в молитвах и службах пусть происходят и в день нашей смерти. И об этом пожаловании нашей власти мы приказали издать этот наш королевский указ, которым повелеваем, чтобы никто из людей, верных Святой Божьей Церкви, как настоящих, так и грядущих, даже и сам аббат этой киновии, не посмел беспокоить вышеназванные владения, либо противодействовать владению, сутяжничать относительно него, либо применять силу по отношению к нему, но пусть будет позволено этой конгрегации нерушимо и без каких-либо козней и противодействия спокойно и непрерывно владеть и пользоваться этим во всей его целостности без какого-либо выделения либо уменьшения или разделения.
И чтобы этот указ нашей власти обрел твердую и постоянную силу и его подлинность не подвергалась сомнению в последующие годы, мы, подписав его ниже нашей собственной рукой, приказали скрепить его печатью нашего перстня.
Печать славнейшего короля Карла.
Нотариус Гозлин удостоверил от имени архиепископа и верховного канцлера[2118] Херивея[2119].
Дано во второй день до Ид марта шестого индикта[2120] в двадцать шестой год правления славнейшего короля Карла, в двадцать первый год обретения им полной власти[2121] и в шестой год принятия более обширного наследства[2122]. Составлено во дворце Компендии.
