Индийская жена не должна была так же упоминать имя своего мужа. Называть его в присутствии чужого человека было бы таким же святотатством, каким этот поступок считается и в наши дни в отдаленных уголках Эйре[108].
Супруга индуса скажет «он», так же как ирландка отзовется о своем муже «сам».
Как и во всех странах, где гаремная система была распространена в течение многих веков, женщина зенаны не ощущала необходимости в сексуальных отношениях, кроме как в чисто физическом плане, что, конечно, не исключало проявления самоотверженной страсти и подлинной нежности, так же как и яростной ревности, при этом не было и намека на какую-либо интеллектуальную составляющую. По сравнению даже с турками или арабами, не говоря уже о западных мужчинах, индусы в своих отношениях с женщинами далеки от сентиментальности и редко поднимаются до экзальтированного проявления рыцарства или полумистического обоготворения женского пола, которому «сарацины» научили крестоносцев с далеко идущими последствиями, проявившимися не только в отношении западных мужчин к женщинам в социальном плане, но и в западном искусстве и религии.
Индуизм не признает разводов, и поэтому ортодоксальные приверженцы этой религии не знакомы с подобным явлением. Вдова, как и везде на Востоке, например в Турции в стародавнее время, влачит жалкую судьбу парии, потому что ей не разрешается выходить замуж вторично. Нередко она еще сущий ребенок, так как индийских девушек выдают замуж в очень юном возрасте, до достижения половой зрелости. Местный климат обостряет сексуальные ощущения у представителей обоих полов на очень ранней стадии их развития, куда раньше, чем это обычно происходит за пределами Азии. Европейцы, живущие здесь, познали это на своем собственном опыте. Религия не только не борется с этой практикой, но и потворствует ей. Большинство индийцев – мужчины, женщины и даже дети – с точки зрения британского приходского священника, мало чем отличается от эротических маньяков при том условии, разумеется, если они находятся у домашнего очага, поскольку, став изгнанниками и живя вдали от родины, они могут вести себя совершенно иначе. Сдержанность в таких делах кажется им, если они являются ортодоксами старой закваски, не только смехотворной и вредной для здоровья, но и нечестивой.
При таких обстоятельствах любовные отношения европейцев с индийскими женщинами, пропитанными духом зенаны, которые, с точки зрения тех же европейцев, являлись всего-навсего неуклюжими детьми, пусть даже страстными и преданными, как правило, складывались неудачно. Другое дело – профессиональные куртизанки. Их долгий и богатый опыт интимных связей с мужчинами стал для них настоящей школой в полном смысле этого слова, так что они могли выступать в роли воспитанных и интересных компаньонок как в постели, так и вне ее. В этом отношении с ними могли соперничать лишь древнегреческие гетеры и современные японские гейши или, возможно, великосветские кокотки старого Парижа.
Персидский посол, служивший в Индии в XV в., выражает мнение, что необычно большое количество (семьсот) наложниц и принцесс в зенане монарха, при дворе которого он был аккредитован и который, с точки зрения перса, обладал неуемным сексуальным аппетитом, объяснялось привычкой этой высокой особы жевать бетель[109].
Лист этого кустарника семейства перечных, который выращивают по всей Индии вплоть до сегодняшних дней, используется как жвачка. Полагают, что она усиливает половое чувство.
Каждый, кому довелось бывать в Индии и странах, расположенных к востоку от этого субконтинента, знает, что привычка жевать бетель широко распространена в данном регионе и присуща всем классам общества. Напрашивается вывод, что персидский дипломат был, очевидно, новичком в этой стране, если думал, что привычка раджи, о которой он упоминал, является исключением.
Совсем недавно были проведены статистические исследования, которые позволяют утверждать, что пристрастие к бетелю питает примерно десять процентов населения нашей планеты. Это, в свою очередь, означает, что на Востоке с его огромным населением бетель жуют едва ли не все. Однако говорить о том, что свойство листа бетеля усиливать половое влечение оказывает какое-то влияние на рост населения или является причиной того, что европейцы воспринимают как сексуальную одержимость, которая свойственна многим восточным нациям и таким образом способствует сохранению полигамии и гаремов, было бы совершенно некорректно, прежде всего с научной точки зрения.
Что касается численности обитательниц гаремов в современной Индии, то рекорд по этому показателю до недавнего времени принадлежал пожилому махарадже[110] Патиалы[111].
