С ревностью можно связать один феномен, наблюдаемый при паранойяльном развитии, который я бы назвал «комплексом ненависти к собственному сыну». Что проделал Иван Грозный со своим старшим сыном Иваном, хорошо видно на известной картине И. Репина. Сталин своего старшего сына третировал, издевался над ним. Серьезную суицидную попытку Яков предпринял из-за отношения к нему отца. Когда Яков в августе 1941 г., будучи командиром артиллерийской батареи, под Витебском попал в окружение, а затем в плен, шведский посол в Москве предложил посредничество в обмене пленными, чтобы освободить Якова. Можно читать, что отказ Сталина был связан с нежеланием предстать в невыгодном свете перед терпящим лишения народом. Но зачем же было клеймить сына предателем, а его жену репрессировать? С точки зрения фрейдовского психоанализа, ненависть к сыну можно рассматривать как реакцию на подросшего сексуального соперника. Но к другому сыну — Василию — Сталин относился с любовью, баловал его — тот обожал отца, гордился им. Эпилептоид с детства Иван Грозный также благодушно относился к младшему сыну Федору — тихому и слабовольному. Возможно, ненависть обращается на того сына, который обладает тем же складом характера, что сам отец. Иван (сын Грозного) был эпилептоидом, а Яков шизоидом, как и его отец в молодые годы. Это создает плохую психологическую совместимость.
«Ощущение чрезвычайной важности своей особы» как признак расстройства личности паранойяльного типа было расценено П. Ганнушкиным как сверхценная идея. До 1929 г. Сталин это качество умело скрывал. Оно проявлялось только в постоянной убежденности в своей правоте. Когда он был в чем-то уверен, его трудно было поколебать. Он не верил в нападение гитлеровской Германии в 1941 г. Разумные доводы на него не действовали. Например, в первый год войны, когда полчища немецких танков рвались вглубь страны, Сталин решил создавать легкие кавалерийские дивизии для рейдов в тыл врага и его дезорганизации. Его сведущие помощники пытались указать на необходимость авиационного прикрытия, которого тогда не было. Немцы действительно бросили против этих всадников авиацию, что вызвало среди них огромные потери. Сталин безапелляционно судил обо всех сферах знания — от военного искусства до языкознания, от сельского хозяйства до литературы. В области философии вообще никто из ученых не смел сказать ничего нового, разрешалось только комментировать, пересказывать и прославлять вождя.
С начала 30-х годов начался безудержный рост возвеличивания Сталина. Ущемленный маленьким ростом Сталин заполнил страну своими величественными монументами. Его некрасивое рябое лицо (в детстве он перенес натуральную оспу) заслонили иконописные изображения вождя в каждом официальном зале, кабинете, конторе по всему государству. Немецкий писатель Лион Фейхтвангер в 1937 г. в Москве на выставке картин Рембрандта столкнулся с огромным бюстом «вождя всех народов».
Еще в 1925 г. Царицын был переименован в Сталинград (в отместку Л. Троцкому, именем которого была названа только Гатчина — городок под Санкт-Петербургом, где под руководством Троцкого были разбиты белогвардейские войска Юденича). Но в 30-х годах к Сталинграду присоединились Сталинск (Новокузнецк), Сталине (Донецк), Сталинобад (Душанбе), Сталиниси в Грузии, Сталинири (Цхинвали). Почему из всех автономных областей и республик только столица Южной Осетии удостоилась такой чести? Не потому ли, что Сталин по отцу действительно был осетином? Высочайшая гора в стране на Памире была названа пиком Сталина. Рядом появился и пик Ленина, но он был на 400 метров пониже.
Приближенные Сталина, кто из страха, кто из угодничества, изрядно потрудились в сотворении кумира. На XVII съезде Н. Бухарин называет Сталина «воплощением ума и воли партии» (это-то после Чингисхана!), Г. Зиновьев первым строит цепочку «Маркс — Энгельс — Ленин — Сталин», Л. Каменев сказал, что эпоха Ленина сменилась эпохой Сталина, А. Рыков назвал Сталина «организатором побед», К. Радек — «зодчим социалистического общества», Л. Мехлис — «великим кормчим», К. Ворошилов — «другом и оруженосцем Ленина», Долорес Ибаррури и Бела Кун — «вождем мирового пролетариата», да и С. Киров доклад Сталина на XVII съезде назвал «самым ярким и самым полным документом, который нарисовал перед нами всю картину нашей великой социалистической стройки».
Не стало в стране не только области, но и района, где бы какому-либо предприятию, колхозу или иному наиболее видному учреждению ни было бы присвоено имя Сталина. Тогда же была введена система верноподданнических писем-рапортов любимому вождю от коллективов трудящихся, докладывающих о трудовых победах.
Пропаганда была нацелена на воспитание слепого поклонения и любви. Все, что сказал и сделал Сталин, безусловно, верно, не требует никаких доказательств, всеми успехами все обязаны только ему, а все провалы — дело рук вредителей и диверсантов.
