— Старею, наверное. Раньше никогда так не уставал после пары часов в лесу, — пробормотал под нос Сэйтер и со вздохом еще несколько раз потянулся.
Черный Коготь бросил на него украдкой мрачный взгляд. Вообще-то, вся тяжелая работа досталась ему! Однако он не мог жаловаться, ведь Сэйтер сегодня несколько раз спас ему жизнь. Хотя именно он и подверг его опасности.
— Ну, наконец-то, Сэйтер, ты вернулся. Как раз вовремя, — услышал Черный Коготь знакомый резкий голос.
Это была страшная атаманша по имени Херад. Она отделилась от группы своих приспешников с весьма неприятными физиономиями и неторопливо к ним подошла. Она окинула добычу оценивающим взглядом, но, похоже, результат их трудов нисколько ее не впечатлил.
— Олень, значит? С виду немного тощий, но, думаю, сойдет. Прикажу кому-нибудь из этих ленивых ублюдков снять с него шкуру, раз уж вы добыли его для меня. Вы с питомцем выглядите слегка уставшими. Я бы не хотела перегружать старика работой, — заметила она с обычной кривой ухмылкой.
— Тогда я больше здесь не нужен, — кивнул Сэйтер.
— Думаю, нет, — согласилась она и подозвала нескольких бандитов, чтобы те забрали оленя.
Сэйтер направился к своей палатке, и гоблин, бросив быстрый нервный взгляд на Херад, последовал за ним.
— Ах, да, Сэйтер, рада, что ты пристроил к делу этого гоблина. Ты знаешь правила. Каждый тянет свою лямку, или проваливает, — холодно бросила Херад им в спину.
Черного Когтя пробрал озноб, и дело было вовсе не в прохладном послеполуденном воздухе. Он был совершенно уверен, что означало это «проваливает», и ему вовсе не хотелось оказаться одному в лесу. Он должен радоваться, что хозяин дал ему столько тяжелой работы и сделал его полезным. Подумать только, а ведь он считал хозяина злым и несправедливым, потому что тот заставлял его слишком усердно трудиться!
Когда они добрались до палатки, Сэйтер потратил несколько минут на то, чтобы распаковать и разложить свои вещи. Черный Коготь какое-то время наблюдал за ним, а потом свернулся калачиком и прилег отдохнуть.
Но уже через несколько минут его разбудил знакомый легкий толчок, и, открыв глаза, он увидел стоявшего над ним хозяина. Может, теперь хозяин даст ему поесть, подумал гоблин, зевая.
Вместо этого Сэйтер держал в руках миску с горячей водой и тряпку. Он велел Черному Когтю встать, а затем промыл рану на голове гоблина. В завершение он повязал длинную тряпицу вокруг лба Черного Когтя и велел ему не снимать ее.
— Сиди здесь и тренируйся, — сказал ему Сэйтер и бросил к его ногам веревку, которую он пытался сплести раньше. Черный Коготь устало посмотрел на него, но встал.
— Еда? — с надеждой спросил Черный Коготь у своего хозяина.
— Пока нет. Тренируйся, — ответил Сэйтер. Черный Коготь с раздражением вздохнул.
Ему очень не хотелось снова плести веревку. Это было трудно и сложно, и у него ничего не выходило. Он недовольно нахмурился, но тут же вспомнил об угрозе Херад и вздохнул.
Он поднял веревку, уселся на большой камень и вернулся к работе. Сэйтер с одобрением посмотрел на него, затем развернулся и ушел. Черный Коготь остался работать в полном одиночестве. Ну да, в полном, если не считать всех этих людей вокруг.
Черный Коготь сидел там и какое-то время работал, но сердце его не лежало к этому занятию. Растирать и скручивать растительные волокна вскоре стало невыносимо скучно. Пока он работал, начало темнеть, и гоблин задремал.
Вдруг по поляне пронеслись крики и эхом отразились от стоявших вокруг деревьев. За ними последовал шум крыльев сорвавшихся с места птиц и испуганное ржание лошадей.
Черный Коготь вскочил на ноги и тут же сбросил с себя чары сна. На них напали?
Гоблин быстро осмотрелся вокруг. В центре поляны горела огромная куча дров. От нее поднимались сполохи красного пламени и с треском взмывали в вечернее небо, затянутое облаками. Вокруг костра двигались десятки человеческих фигур и отбрасывали на траву и деревья длинные неровные тени.
Теперь голоса звучали очень громко. Они смеялись, кричали и весело улюлюкали. Они очень напоминали гоблинов. Черный Коготь захотел было присоединиться к ним, но подозревал, что ему не обрадуются.
Над поляной витал аромат жареной оленины. Ветра почти не было, и запах становился все сильнее, заполняя все пространство вокруг. От вкусного запаха мяса и костра у Черного Когтя потекли слюнки. Он облизал губы.
— За победу и трофеи! Разве мы не величайшие воры и головорезы во всем мире? Выпьем же за это, — крикнула Херад с не свойственной ей веселостью, гоблину показалось, что ее голос звучал натужно.
Ее речь легко заглушила все остальные голоса, но стоило ей закончить, как бандиты с нестройным ликованием подняли свои кубки высоко в воздух. Черному Когтю показалось, что атаманша стояла прямо у костра, где собралось больше всего бандитов.
