На той платформе инка Манко Капак основал свой королевский дом, который позже принадлежал Паульу, сыну Вайна Капака. Я застал его очень большой и широкий гальпон, служивший площадью в дождливые дни, чтобы отмечать в нем их главные праздники; только один тот гальпон все еще стоял, когда я уехал из Коско, ибо другие подобные же, о которых мы скажем, я видел уже развалившимися. Далее находится, если двигаться по кругу в сторону востока, другой квартал, называемый Кантут-пата: это значит платформа полевых гвоздик. Кантут — так они называют очень красивый цветок, который несколько похож на полевую гвоздику Испании. До испанцев на той земле не было [настоящей] полевой гвоздики. Ветвью, и листом, и колючками кантут похож на заросли кустарника ежевики в Андалузии; эти кустарники очень крупные, а так как в том квартале они были огромнейшими (ибо даже я успел их увидеть), его именно так и назвали. Это же круговое движение на восток продолжает другой квартал, называемый Пума-курку, что означает балка львов. Пума значит лев; курку — балка, ибо к огромным балкам, которые имелись в [том] квартале, они привязывали львов, которых подносили инке, пока они не приручались и их не отводили туда, где они должны были находиться. Далее идет другой огромнейший квартал, называемый Токо-качи; я не знаю, что означает словообразование из этого слова, потому что токо означает окно; качи — соль, которую едят. Следуя правильному словообразованию того языка, нужно сказать оконная соль, и я не знаю, что этим хотят сказать, если это не имя собственное, имеющее иное значение, которого я не знаю. В этом квартале вначале была построена обитель божественного святого Франциска. Если двигаться по кругу на юг, то [далее] следует квартал, называемый Мунай-сенка: что означает любит нос, ибо муна означает любить или желать, а сенка — нос. С какой целью ему дали это название — я не знаю;
должно быть, был для этого какой-то случай или поверие, ибо они никогда не давали названия случайно. Если продолжать двигаться по кругу на юг, то дальше следует другой большой квартал, который называли Римак-пампа; это означает говорящая площадь, потому что на ней провозглашались некоторые из тех положений, которые принимались для управления государством. В нужное время они их провозглашали, чтобы жители знали бы о них и шли бы выполнять то, что им приказывалось, а так как площадь находилась в том квартале, ему присвоили ее имя; от этой площади берет начало королевская дорога на Кольа-суйу. Вслед за кварталом Римак-пампа находится другой—он на юге города; его зовут Пумап-чупан: это означает хвост льва, потому что тот квартал заканчивается в точке, в которой соединяются вместе два ручья, образуя вершину угла. Ему дали это название также потому, что тот квартал был последним в городе: они хотели оказать ему честь, называя хвостом и концом льва. Кроме того, они держали там львов и других диких животных. Вдали от этого квартала, на запад от него, находилось селение с более чем тремястами жителей, называвшееся Кайав-качи. Оно лежало более чем в тысяче шагов от последних домов города; так было в году тысяча пятьсот шестидесятом; сейчас же, когда наступил 1602 год и я это пишу, оно уже находится (как мне говорили) внутри [города], в Коско, поселения которого так разрослись, что охватили его со всех сторон.
