Рассуждая примерно в том же духе, что и Акусилай, Жиров решительно рассекает платоновский миф на две части. Одна часть — описание праафинского государства — отбрасывается им как явная утопия, отражающая политические взгляды Платона и ничего более. Другая часть — описание Атлантиды, хотя и с некоторыми оговорками о том, что Платон и здесь тоже мог дать волю своей фантазии, принимается за подлинное историческое ядро всего рассказа. Что касается самой фабулы, соединяющей эти две темы — предания о войне между древними Афинами и Атлантидой, — то тут Жиров твердо уверен, что никакой такой войны быть не могло, а появилась она лишь потому, что ее придумали хитрые египетские жрецы для того, чтобы убедить Солона в необходимости союза между Египетским царством и Афинами. Вот так легко и просто, оказывается, распутываются все узлы, завязанные гениальным философом в его диалогах. Надеюсь, вы понимаете, что эта простота — не более чем обманчивая видимость, которой может поддаться лишь такой неопытный историк, как почтенный Николай Феодосьевич.
Если пренебречь совершенно нелепыми домыслами о якобы имевшем место влиянии атлантической цивилизации на палеолитические культуры Южной Европы, то никаких осязаемых следов этой цивилизации до сих пор не удалось обнаружить ни на дне Атлантического океана, ни на его островах и побережьях. Бессмысленно было бы искать также и какие-либо материальные остатки праафинской и праегипетской культур, синхронных Атлантиде. Наконец, геология, как мы уже видели, скорее противоречит платоновской легенде о затонувшем материке, чем подтверждает ее.
Очевидная чуть ли не со всех точек зрения уязвимость атлантической версии мифа об Атлантиде уже давно поставила вопрос о ее пересмотре, о необходимости внесения в нее ряда весьма существенных корректив, разумеется, в том случае, если мы останемся на позиции исконного историзма платоновской легенды, т. е. захотим во что бы то ни стало доказать, что в ней, несмотря на весьма значительный элемент вымысла, есть и некое зерно истины, которое может быть извлечено из-под напластований литературной фикции путем тщательного научного анализа.
Самый простой выход из создавшегося затруднительного положения — попытаться как-то понизить совершенно чудовищную, с точки зрения современной исторической науки, датировку гибели Атлантиды — более чем за 9,5 тыс. лет до н. э. Некоторые авторы полагают, что Платон или, может быть, используемый им источник просто ошибся и вместо цифры 900 лет поставил 9000 (так же ровно в десять раз увеличены и все другие цифры). Но одной хронологической поправки здесь мало, и чтобы ввести содержание платоновского мифа в рамки правдоподобия, наиболее решительно настроенные приверженцы его историчности идут на крайний шаг, утверждая, что Платон напутал не только в хронологии, но и в географии и перенес в Атлантический океан, за столбы Геракла, события, которые в действительности происходили в пределах Средиземноморья и, в сущности, совсем недалеко от его родных Афин.
Еще в 1854 г. русский путешественник и ученый Авраам Сергеевич Норов (при Николае I он занимал некоторое время пост министра просвещения) написал большую статью об Атлантиде[29], в которой доказывал, что первоисточником платоновского мифа являются книги Ветхого завета. Саму Атлантиду Норов поместил в Средиземном море поближе к Палестине. Он считал, что этот остров занимал когда-то все пространство от Кипра до Сицилии.
В течение XIX — первой половины XX в. появилось по меньшей мере два десятка гипотез, создатели которых искали ее во всех концах Средиземноморья. Одни помещали ее на африканском побережье в районе современного Туниса и Марокко, другие в Испании, отождествляя ее с не менее загадочной Тартессидой на нижнем течении Гвадалквивира (гипотеза Шультена), третьи — у берегов Италии в Тирренском море (гипотеза итальянца Руссо о том, что потомками обитателей этой Тиррениды были этруски). Однако наиболее устойчивой оказалась локализация Атлантиды в Эгейском бассейне. В разное время к этой идее возвращались разные авторы, в том числе у нас в стране сначала (в конце XIX в.) Карноржицкий, а позднее, уже в 20-е гг. XX века, академик Берг. Помимо доводов чисто геологического характера в пользу этого варианта решения проблемы говорили прежде всего сенсационные археологические открытия, сделанные в начале века на Крите. На этой (критской или минойской) версии истолкования платоновского мифа я хотел бы остановиться сейчас специально потому, что она производит на первый взгляд наиболее правдоподобное впечатление среди всех других возможных версий.
