Однако ни в правящем блоке, ни в его ядре — вооруженных силах не было единства, особенно после оттеснения просукарновских элементов. Главным разделяющим фактором теперь стал вопрос о будущем системы «направляемой демократии». Военные и гражданские сторонники орба подразделялись на два лагеря. Одни (радикалы, «легалисты») выступали за капиталистическую перспективу развития, полный демонтаж системы «направляемой демократии», скрупулезное соблюдение конституционных норм и законности. Они вели дело к созданию «правового» буржуазного государства, требовали судебного процесса над Сукарно. К ним относились «ястребы» из генеральской верхушки (К. Идрис, X. Р. Дарсоно и др.), активисты молодежных «фронтов действия» (КАМИ, КАСИ, КДППИ и др.), сантри и молодые радикалы из неисламских религиозных политических партий (Субхан, Г. Чан), деятели правосоциалистической ориентации (Суджатмоко, Масхури, У. Кайам и др.), часть верхушки христианских партий. Для большинства из них была характерна ориентация на функциональные группы и на создание в перспективе новых партий[82]. Негласным лидером этой группы был на первых порах генерал A. X. Насутион, занимавший пост председателя ВНКК.
Другие («умеренные», абанган) придерживались правонационалистических и патерналистских взглядов, ратовали за «третий путь» развития, отодвигали на второй план проблемы установления законопорядка. Они были противниками создания новых партий и желали лишь верхушечных перемен в государственной системе при устранении КПИ и леворадикального сукарноизма. По существу, они выступали за «направляемую демократию» минус КПИ и Сукарно», за сохранение и упрочение военно–бюрократического режима. Главой этого лагеря был Сухарто; в него входили близкие к нему генералы А. Махмуд, М. Панггабеан, А. Муртопо, Ибну Сутово и немногие гражданские лица: Дж. Наро, Сутами, Д. Юсуф, братья- хуацяо Лим Биан Кун и Лим Биан Ки и др. Если первый лагерь отводил ТНИ место «первой среди равных» политических сил, то второй мыслил ее как естественную и единственную доминирующую силу. Своей главной политической опорой и этот лагерь считал Голкар, функциональные группы: существующие партии отодвигались на периферию политической жизни.
Промежуточную позицию занимала немногочисленная и хотя не располагавшая политической базой, но тесно сплоченная группа профессоров–экономистов, большинство которых получили образование в Берклийском университете США (В. Нитисастро, А. Вардана, Р. Правиро и др.). Ориентируясь на Запад, эти технократы («мафия Беркли», как их прозвали) духовно были близки к первому лагерю. Вместе с тем, вовлеченные Сухарто с середины 1968 г. в действия по перестройке индонезийской экономики и подготовке первого пятилетнего плана, получив высокие назначения, эти эксперты–экономисты поставили свои знания на службу второму лагерю.
Объективно союзниками второго лагеря выступали и лидеры буржуазных партий, относившихся к старшему поколению: Идхам Халид и Миитареджа (НУ); Иснаени и Оса Малики (НПИ) со своими фракциями. 4 мая 1967 г. они создали межпартийный блок, так называемый Фронт панчасилы.
Первоочередной задачей Сухарто было укрепить свои позиции в вооруженных силах, усилить централизацию военной власти и пресечь как самостоятельность командующих родами войск, так и своеволие отдельных начальников военных округов. Его не мог не тревожить факт, что еще в феврале 1967 г. министры — командующие флотом и полицией заявляли ему, что их рода войск выступят с оружием в руках, если Сукарно будет предан суду военного трибунала, чего добивались у Сухарто «фронты действий». Вдобавок ему приходилось считаться с тем, что многие индонезийцы, особенно принадлежащие или тяготеющие к первому лагерю орба, были склонны рассматривать как потенциальную главу вооруженных сил и государства генерала Насутиона.
Сухарто действовал упорно и неуклонно, но с крайней осторожностью. В октябре 1967 г., формируя новый кабинет, он лишил командующих родами войск министерских постов, а затем низвел их до положения начальников штабов. Единственным официальным представителем вооруженных сил в кабинете остался он сам, заняв помимо поста премьера также должность министра обороны и безопасности. Была достигнута невиданная доселе централизация военной власти. Сухарто, ставший к тому времени президентом страны, теперь совмещал в своем лице должности министра обороны и безопасности и командующего вооруженными силами (а также верховного главнокомандующего). Заместителем он назначил верного ему генерала Панггабеана, получившего также ранг государственного министра без портфеля и должность командующего КОПКАМТИБом, которую ранее занимал сам Сухарто. Вторым человеком в командовании КОПКАМТИБом стал генерал Сумитро. Для Наина в новой системе не было оставлено места.
