Нидерланды, напротив, были основной финансовой опорой Карла I и приносили ему обширные и твердые доходы. В первые годы царствования (1518–1521 гг.) доходы эти, по свидетельству генуэзского посла, достигали 450 000 дукатов, не считая 500 000 дукатов на расходы по избранию Карла главой Римской империи. Впоследствии и этот источник был исчерпан и в ответ на постоянные требования со стороны короля прелаты и города стали оказывать сопротивление, которое привело к серьезным конфликтам, например, в 1528 г. Но тогда принцесса-правительница Маргарита спасла положение, смело наложив арест на доходы брабантских епископов и применив другие жесткие меры; так или иначе, но Карл I по-прежнему находил поддержку в государствах, доставшихся ему в наследство от отца. В 1546 г. он снова получил от них четыре или пять миллионов дукатов. При Филиппе II положение сильно изменилось, так как большие средства поглощались войной, а восстание северных провинций лишило короля части облагаемого населения. Мы уже видели, какое возмущение вызвали новые налоги, предложенные герцогом Альбой. По мере того как Испания теряла свою власть над Нидерландами, этот источник дохода быстро терял свое значение.
Доходы от Америки были неравномерны и, как мы знаем, весьма необеспечены. До завоевания Мексики они были незначительны (около 70 000 дукатов). Когда Мексика была завоевана, они увеличились более чем вдвое, а после покорения Перу возросли невероятно. Эти доходы складывались главным образом из кинто[84], получаемого с рудников (со временем эта форма изменилась), и из части введенных там общих налогов (таможенных сборов, алькабалы, королевских монополий, обложения индейцев и т. д.), остававшейся после удовлетворения нужд колоний. Одни только рудники горы Потоси приносили в среднем миллион песо в год (песо равно 450 мараведи). В 1554 г. все доходы от Индий предположительно составляли около 350 000 дукатов в год; в 1551 г. они составляли 400 000; в 1556 г. — 700 000, а позже (в царствование Филиппа II) — 1 203 233, а по мнению некоторых историков — 2 миллиона дукатов в год. Флотилия 1562 г. привезла в Испанию 5 миллионов песо золотом. Не довольствуясь обычными поступлениями такого характера, Карл I прибегал к принудительным займам (например, наложив арест на подарки, присланные Эрнаном Кортесом своей второй жене) и захвату принадлежавших частным лицам денежных сумм, которые прибывали на кораблях. То же самое делал Филипп II, хотя кортесы и протестовали против такого произвола и просили, «чтобы в дальнейшем не приказывал король отбирать и не отбирал сам золото и серебро, присланное для купцов из Индий, и чтобы владельцы могли свободно получать свои деньги, а те, что взято, было бы им возвращено» (кортесы в Вальядолиде, 1558 г.). Принято думать (так думали в XVI в. иностранцы), что основу финансов Филиппа II составляли сокровища Америки; однако это мнение не подтверждается точными данными; во всяком случае, необходимо принимать во внимание, какие трудности представляла доставка доходов из Индий в Испанию.
