Однако необходимо отметить, что испанское общественное мнение было настроено в пользу французской ориентации и потому предпочитало видеть в качестве наследника кого-нибудь из французских принцев, да и Людовик XIV не отказался от своих замыслов даже после смерти Марии Луизы Орлеанской. В ход были пущены всевозможные интриги, которые в значительной мере облегчались полным безволием испанского монарха. Даже зная о происках обеих враждующих партий, король бессилен был помешать им. Австрийская партия получила мощную поддержку в лице новой испанской королевы, которая опиралась на духовника короля — Матильо. Кроме того, австрийская партия располагала полной поддержкой очень ловкой придворной дамы — графини де Берлипс. Всеобщая нищета и недовольство многочисленными неудачами испанского правительства как нельзя лучше использовались борющимися партиями в политических целях. В Испании не раз вспыхивали восстания, которые в одних случаях использовались, в других непосредственно вызывались то одной, то другой партией. В 1693 г. король разделил Испанию на три королевских наместничества, во главе которых были поставлены герцог де Монтальдо, коннетабль Кастильский и адмирал. Мера эта вызвала большое недовольство среди различных слоев испанского населения. Последовавшие за декретом новые обложения и строгие приказы о новых наборах в солдаты довели недовольство до крайних пределов. Участились случаи эмиграции.
Этим недовольством воспользовалась французская партия, которая сумела усилиться, несмотря на то что шедшая тогда война явно недолжна была способствовать ее успехам. С окончанием войны в 1697 г. вновь возник вопрос об испанском наследстве, так как король оставался бездетным, а по некоторым признакам болезнь прогрессировала и можно было ожидать его близкой кончины. Если не считать некоторых маловероятных претендентов, основными соперниками являлись Людовик XIV, рассчитывавший получить испанскую корону для своего внука — Филиппа Анжуйского, и император Леопольд I, который добивался ее для своего сына — эрцгерцога Карла. Согласно принципам наследственной монархии, ближайшим родственником Карла II являлся не Филипп, а именно его родной племянник эрцгерцог Карл (сын Маргариты, сестры Карла II). Филипп был лишь внуком другой сестры испанского короля — Марии Терезы (супруги Людовика XIV). Эрцгерцог Карл подкреплял свои притязания ссылками на то, что он является наследником Карла I по мужской линии, так как его мать происходит по прямой линии от Фердинанда I, брата этого последнего, который был внуком католических королей. Людовик XIV основывал свои притязания на том, что его супруга отказывалась от испанского престола лишь условно, но, поскольку условие не было выполнено, права ее сохранялись автоматически. Победа Людовика XIV в этом вопросе означала бы полную бесполезность тех войн, которые вели Аугсбургский и Венский союзы с целью предотвращения захвата части испанских владений французами. Кроме того, вступление Филиппа Анжуйского на испанский престол означало бы включение всех испанских владений в орбиту Бурбонского дома и, следовательно, нарушение европейского равновесия. Поэтому совершенно неудивительно, что Англия, опасавшаяся планов Людовика XIV, поспешила стать на сторону Австрии.
Французская партия была представлена в Мадриде кардиналом Портокарреро, пользовавшимся большим влиянием на Марианну Австрийскую, французским послом в Мадриде Аркуром, дипломатом больших способностей, и некоторыми представителями испанской знати. В 1696 г. умерла Мариана, и к управлению страной был вновь призван Оропеса, которому в 1691 г. была дана отставка по требованию бывшей регентши. Австрийская партия располагала такими силами, как сама испанская королева, ее ближайшее окружение, имперский посол Аррас и английский посол Стенхоп. Первоначально эта партия имела, несомненно, более сильное влияние на короля (хотя сама она и не пользовалась поддержкой испанского общественного мнения). Что касается короля, то он постоянно консультировался со своим советом и разными высокопоставленными лицами по поводу наследования испанского престола (несмотря на то, что лично он всегда склонялся на сторону эрцгерцога). Французской партии удалось заручиться поддержкой графа де Бенавенте, королевского камергера, который имел постоянный доступ к королю. С его помощью кардиналу Портокарреро удалось добиться тайного свидания с королем, первым следствием которого было удаление Матильи и замена его новым королевским духовником Фроиланом Диасом. Диасу удалось убедить короля в том, что королева замышляла покушение на его жизнь. Как и в случае с Марией Луизой Орлеанской, эта клевета имела успех.
