Каковы же причины столь неожиданного и блестящего успеха Карла VIII? Совершенно очевидно, что французское завоевание нельзя считать результатом военного поражения итальянских государств — военных действий по существу не происходило. В своей основе это было политическое поражение, следствие внутренних противоречий государств полуострова, остроту которых не смягчила даже внешняя опасность, последствия которой многие предвидели. Характерны в этом отношении "пророческие" письма наиболее слабого и подвергавшегося наибольшей угрозе государя Ферранте Неаполитанского (умершего накануне французского вторжения), где он, моля о помощи и единении, предсказывал грядущую катастрофу: "Французы ни разу еще не приходили в Италию без того, чтобы не повергнуть ее в прах. А предстоящий их приход, если хорошенько в него вдуматься, будет таков, что повлечет за собой общую гибель, хотя и грозят пока лишь нам одним". Но, как мы видели, эти призывы остались втуне. Каждый думал только о себе, надеясь уйти от опасности путем сепаратных соглашений, с наименьшими потерями, а иногда и с выгодой за счет ослабления соседа.
В Неаполе, несмотря на некоторые меры, принятые Карлом, чтобы обеспечить поддержку торгово-ремесленных кругов и народа (предоставление прав в городском самоуправлении, попытка упорядочить взимание налогов), французам не удалось добиться прочного положения. Надежды, которые возлагали на приход французов некоторые круги Неаполитанского королевства, не сбылись: французы пришли грабить, чем они и занялись в первую очередь — как официально, так и неофициально. Для содержания огромной армии объявлялись все новые поборы. Французская администрация оказалась еще более продажной. Земли и замки широко раздавались французским дворянам из свиты короля. К этому нужно добавить грабежи и бесчинства французских солдат. "Наши не считали итальянцев за людей", — писал Коммин в своих мемуарах. Для того, чтобы возбудить единодушную ненависть и поставить себя и армию под угрозу всеобщего восстания, Карлу VIII понадобилось всего 50 дней.
Одновременно с севера, из Венеции, пришло грозное известие о создании антифранцузской Лиги, в которую вошли Лодовико Моро, Венеция, папа Александр VI, германский император и Испания.
Таким образом, уже на первом этапе Итальянских войн в борьбу оказалась втянута и Испания, несмотря на возражения некоторых государей, в частности Моро. "Если у нас сейчас одна болячка, то тогда их будет две", — предупреждал он венецианский Сенат. Всех участников Лиги по разным причинам не могло не беспокоить намерение Карла VIII, утвердившись на Юге, попытаться подчинить себе и другие государства Италии.
Известие о создании Лиги явилось полной неожиданностью для Карла VIII. Реляции его посла Филиппа де Коммина, находившегося все время в Венеции, были самые успокоительные. Итальянцам же удалось обмануть проницательнейшего французского дипломата, поставив его перед фактом подписания договора. Создание Лиги сделало катастрофическим и без того нелегкое положение французов в Италии. 20 мая 1495 г. Карл VIII, боясь быть отрезанным от Франции, спешно покинул Неаполь и, оставив гарнизоны в разных крепостях страны, быстро двинулся на север.
6 июля французы и войска Лиги встретились в долине реки Таро у Форново. Это была, вероятно, одна из самых беспорядочных битв в истории. Итальянские хронисты расходятся даже в том, сколько она длилась: одни утверждают, что 15 часов, другие — 2 и даже меньше. Потери обеих сторон были очень велики. Итальянцы имели численное превосходство, но оно не принесло им победы. Сами итальянцы называли битву у Форново "непростительным позором" (
Основные французские войска во главе с Карлом VIII беспрепятственно покинули Италию. В их руках еще оставались крепости на севере, в Лигурии и Тоскане, не говоря уже о Неаполитанском королевстве. Но там их участь была уже предрешена. Сразу же после ухода Карла VIII в Калабрии высадился Фердинанд II с нанятыми им испанцами под командованием одного из крупнейших полководцев XV в. Гонсальво де Кордова. Потерпев ряд крупных поражений и потеряв оставшуюся часть своих войск, французы 7 июля 1496 г. должны были подписать общую капитуляцию и очистить территорию королевства (декабрь 1496 г.).
Теперь, казалось, государства полуострова вновь предоставлены самим себе. Но они не смогли использовать те преимущества, которое давало бы им объединение. Вторжение Карла VIII безвозвратно подорвало систему политического равновесия, возродило приглушенные было противоречия, оживило экспансионистские тенденции отдельных государств, и особенно папства.
