История иудаизма полностью

В этот-то город в 1570 году судьба и привела Ицхака Лурию. Ему было всего тридцать шесть лет, а уже 15 июля 1572 года он умер во время эпидемии, но за эти два года успел заложить основы совершенно нового течения в каббале. Ицхак бен Шломо Лурия родился в 1534 году в Иерусалиме; его отец переселился на Землю Израиля из Германии или Польши, но умер, когда Ицхак был еще ребенком. Его мать была из сефардов и забрала мальчика к родственникам в Египет, где он выучился ѓалахе и приступил к изучению мистики. Благодаря обилию легенд, которые стали складываться вокруг его жизни в воспоминаниях последователей практически сразу после его ранней смерти, затруднительна сколько-нибудь точная реконструкция интеллектуального пути Лурии к мистическому озарению. Судя по одному из документов каирской генизы, написанному рукой Лурии, он занимался коммерцией, связанной с зерном. Дядя Лурии с материнской стороны, у которого он воспитывался в Египте, был богатым налоговым откупщиком, ему принадлежал остров Ар-Рауда (ныне Рода) на Ниле вблизи Каира. Говорят, что Лурия жил там в уединении семь лет, написав за это время небольшой комментарий к части книги «Зоѓар» — единственный дошедший до нас труд, написанный лично им. Путешествие из Египта в Землю Израиля в то время было нетрудным, и Лурия, судя по всему, посещал Галилею, чтобы встретить Лаг ба-омер на горе Мерон. Его ученик Хаим Виталь записал, что Лурия привез туда всю свою семью, в том числе и маленького сына, которому постриг волосы в соответствии с уже упоминавшимся обычаем, и провел там день, празднуя и пируя. Как бы то ни было, в 1569 или начале 1570 года Лурия переехал в Цфат и поселился там [17].

Вероятно, Цфат привлек Лурию возможностью учиться у Моше бен Яакова Кордоверо — мистика испано-португальского происхождения и главы португальской ешивы в Цфате, глубоко увлеченного изучением каббалы. В 1548 году в возрасте двадцати шести лет Кордоверо написал большой труд, где рассматривал идею божественного, миропорядок, поклонение Богу и другие основные темы каббалы, несколько бессистемно черпая из книги «Зоѓар» и экстатического мистицизма Авраѓама Абулафии. К 1570 году Кордоверо был в Цфате видной фигурой и имел множество учеников. Своей основной целью он видел создание целостной спекулятивной системы путем синтеза предыдущих идей: рафинированную концепцию Бога как сущности, не имеющей атрибутов, он позаимствовал у философов прошлого (в первую очередь Маймонида). Из каббалистической традиции Кордоверо взял структуру сфирот, рассматривавшихся им как эманации Бога и одновременно как часть Его субстанции. Размышляя над трудным вопросом о взаимосвязи сфирот и Бога, Кордоверо в конечном итоге пришел к представлению, что для раскрытия посредством сфирот Бог сначала должен скрыться: «раскрытие — причина сокрытия, а сокрытие — причина раскрытия» [18].

В некоторых своих замечаниях к книге «Зоѓар» Лурия называет Кордоверо учителем: сам он был лишь одним из внушительной группы евреев, приехавших в Цфат изучать каббалу под руководством мудрого наставника. Но когда в конце 1570 года Кордоверо скончался, Лурия основал собственную школу, где было не менее тридцати учеников, и до своей смерти — за каких-то два года — передал им радикально новый способ понимания смысла каббалы. Лурия учил устно, фонтанируя идеями о том, как общаться с душами праведников, как сосредотачиваться на божественных именах, как достигнуть настоящей каваны — мистической концентрации при медитации. Поскольку Лурия почти не оставил письменных трудов и занимался с учениками совсем недолго, созданной им системе явно недоставало последовательности. Его посмертное влияние можно объяснить не только его религиозным учением, но и демонстративной святостью в повседневной жизни, но сам Лурия, несомненно, считал себя автором новых открытий в каббале, а возможно, и предвестником Мессии, — предвестником, который должен умереть в ходе выполнения своей миссии, чтобы приблизить день избавления всего мира [19].

В конце XVI века, менее чем через тридцать лет после смерти Лурии, итальянские каббалисты уже называли его аббревиатурой Ари (от слов «божественный рабби Ицхак» на иврите). Этим почетным прозвищем он был обязан огромному числу написанных после его смерти трудов, посвященных распространению его воззрений. Не стесненные письменными текстами самого Лурии, его ученики открыли миру доктрины, которые, по их собственным словам, сам Лурия хранил в тайне и которые, пока не были записаны, пребывали лишь в их памяти, хранившей слова наставника. Слава о благочестивой жизни и чудесах Лурии бежала впереди трудов о его учении, а так как он излагал свои воззрения в состоянии мистического вдохновения, неудивительно, что, будучи преданы бумаге, они неизбежно оказывались различными по форме [20].