Для некоторых феминисток самым важным является равное с мужчинами право участия во всех аспектах религиозной практики иудаизма. Сьюзен Гроссман[179] так описывает свои чувства, когда она впервые надела тфилин (филактерии):
Раньше я страдала «тфилинофобией», очень смущалась и не могла этого объяснить ни друзьям, ни посторонним. Они видели, как удобно мне в небесно-голубом талите [молитвенном покрывале], и спрашивали: «А тфилин ты тоже надеваешь?» Я пожимала плечами и, глядя в пол, отвечала: «Нет»… Всё казалось мне странным, я стеснялась, пока не начала обматывать вокруг пальцев ремешок тфилин шель яд [тфилин, надеваемый на руку]. Делая витки на среднем и безымянном пальцах, я читала по молитвеннику отрывок из пророка Ѓошеа [Осии]: «И обручу тебя Мне навек, и обручу тебя Мне в правде и суде, в благости и милосердии. И обручу тебя Мне в верности, и ты познаешь Господа»[180].
В неоортодоксальных общинах, где сегодня довольно много женщин, получивших серьезное еврейское образование, женщины с начала 1970-х годов всё чаще создают собственные группы для отдельной молитвы. Эти группы часто собираются в рош ходеш (новомесячье), следуя раввинистической легенде, приведенной в мидраше «Пиркей де-рабби Элиэзер», согласно которой Всевышний сделал новомесячье особым днем для женщин в награду за то, что, пока Моше был на горе Синай, они отказались вместе с мужьями изготавливать золотого тельца. Девушки из общин неоортодоксов перед поступлением в светский университет чаще всего проводят некоторое время в семинарии, изучая тексты иудаизма. Вопрос о том, можно ли посвящать ученых женщин в ортодоксальных общинах в раввины и тем самым вручать им религиозную власть над мужчинами, продолжает вызывать споры, однако Сара Гурвиц, некоторое время работавшая фактически помощником раввина в ортодоксальной общине под названием «Еврейский институт Ривердейла» в одноименном нью-йоркском районе, была лично посвящена в раввины и получила титул маѓарат (сокращение от фразы на иврите «учитель в вопросах ѓалахи, духовности и Торы»). В 2010 году этот титул сменили на рабба (женский род от «рабби»), вопреки возражениям других деятелей ортодоксального мира. Вопрос о рукоположении женщин стал основным камнем преткновения между «открытым ортодоксальным иудаизмом», который пропагандирует посвятивший Сару Гурвиц раввин Ави Вайс, и более традиционными ортодоксальными евреями, определяющими движение «открытого ортодоксального иудаизма» как «неоконсервативное» [6].
Для других еврейских феминисток эмансипация женщин в иудаизме потребовала полной переоценки, а то и перестройки фундаментальных концепций иудаизма. Джудит Пласкоу настаивает на трансформации еврейских концепций о природе Бога, считая необходимым включить в них женскую ипостась Всевышнего (или напомнить о ней). Она призывает встроить историю евреек в коллективную память еврейского народа и подчеркивает, что религия должна полноценно отражать переживания женщин, в том числе и вопросы женской сексуальности, в традиционном иудаизме практически целиком игнорируемые:
В соответствии с фундаментальным для феминизма пониманием сексуальности как социального конструкта, еврейское понимание сексуальности начинается с аксиомы: происходящее в спальне невозможно изолировать от широкого культурного контекста, в который спальня встроена… Итак, в еврейском феминистическом подходе к сексуальности взаимоуважение в отношениях мужчины и женщины должно стать задачей всей жизни, а не только ночи с пятницы на субботу, и борьба за равноправие полов должна быть составной частью более общей концепции общества, основанного на взаимоуважении и уважении к инаковости [7].
