Однако если вы, скажем, достигли должности премьер-министра Нью-Брансуика или Новой Шотландии, какой следующий пост вы могли бы занять? Уйти в отставку и стать судьей? Некоторые премьер-министры провинций так и поступали. Но когда премьер-министр Новой Шотландии Джозеф Хау потерпел поражение в 1853 г., он не смог стать судьей, потому что не был юристом. Его преемнику, члену Консервативной партии Чарльзу Тапперу также не удалось этого сделать, поскольку он был врачом. Сэмюэл Леонард Тилли — премьер-министр Нью-Брансуика — был аптекарем в Сент-Джоне. Хотя судейская коллегия и считалась достойным местом после завершения политической деятельности, работа судьей не была равноценной заменой для талантливых людей, достигших в колониях высшей государственной должности. Фрэнсис Хинкс, премьер-министр Провинции Канада, был банкиром, в 1855 г. он был назначен британским правительством губернатором острова Барбадос и позднее — губернатором Британской Гвианы. Однако к 1860-м гг. правительство Великобритании решило, что нужно прекратить назначать губернаторами колоний проигравших выборы колониальных политиков, каковы бы ни были их заслуги. Джозеф Хау мог бы стать одним из них в 1863 г., но вместо этого он получил должность в Имперской службе по охране рыбных ресурсов (Imperial Fisheries Protection Service), где жалованье было гораздо ниже. Политики в колониальном обществе того времени роптали по поводу ограничений и барьеров на карьерном поприще. Так же на это реагировали газеты и широкая публика.
Беспокойство колониальных политиков было напрямую связано с ростом их политических амбиций. Однако это было свойственно не только им. Сэр Эдвард Уоткин, возглавлявший тогда компанию «Гранд Транк Рейлуэй», начал думать, что новые политические объединения могли бы стимулировать железнодорожное строительство; такого же мнения придерживался и сэр Хью Аллен, владелец пароходной компании «Аллен Лайн» и «Монтриол Телеграф Компани» («Montreal Telegraph Company»).
В 1860-х гг. большие перемены произошли не только в системе железных дорог, но и в пароходном сообщении. «Ройял Уильям», оснащенный вспомогательным двигателем, был первым пароходом, который в 1833 г. пересек Атлантику на пути из Квебека и Пикту, Новая Шотландия, в Грейвсенд с семью пассажирами на борту и грузом угля из Пикту. Больше всего от этого достижения выиграл Сэмюэл Кунард. Он родился в Галифаксе в 1787 г. и заработал начальный капитал на китобойном промысле, лесозаготовках и добыче угля. Кунард инвестировал полученную прибыль в судоходство и складские помещения, а также в созданную в 1825 г. «Галифакс Бэнкинг Компани». Он ухватился за идею использовать вспомогательный паровой двигатель на парусных судах, так как это означало, что тогда эти суда — хотя бы частично — перестанут зависеть от ветра или погоды. Трудно было сразу обеспечить регулярность сообщения, его точность и скорость, так как покорить море было непросто; нельзя было полностью исключать и человеческие ошибки. Тем не менее знаменитая пароходная линия Кунарда, ставшая очень успешной, конечно, является его наиболее значительным достижением.
В 1839 г. Кунард представил на рассмотрение британскому правительству предложение организовать регулярное почтовое сообщение между Ливерпулем, Галифаксом и Бостоном. Получив субсидию в размере 55 тыс. ф.ст. в год на десять лет, он продолжал получать ее и по истечении данного срока, частично из-за того, что Королевскому военно-морскому флоту понравился внешний вид его судов и их скорость. Эта пассажирская линия начала функционировать одновременно с выпуском в Великобритании первой почтовой марки стоимостью в 1 пенни. Выйдя из Ливерпуля двенадцатью днями раньше, первое почтово-пассажирское судно «Британия» прибыло в Галифакс в два часа ночи 17 июля 1840 г. Обратите внимание на время — в два часа ночи парусное судно обычно останавливалось из-за сильной качки, чтобы продолжать движение после рассвета. Но «Британия» не собиралась ждать — она высадила пассажиров, выгрузила почту и сразу отправилась в Бостон, где пришвартовалась в десять часов вечера 19 июля. К 1855 г. Сэмюэл Кунард стал использовать на своей линии только железные пароходы, а в начале 1860-х гг. заменил гребные колеса гребными винтами. После своей смерти в 1865 г. он оставил немалое состояние. В 1866 г. один житель Новой Шотландии писал своему другу из Галифакса: «Мне не хватает нашего старого друга сэра Сэмюэла К. Полагаю, он оставил 600 000 ф. ст. <…> кругленькая сумма, которую он заработал с тех пор, как ты и я помним его почти нищим, — вот и все, что можно сказать о Пароходах за эти 20 лет…» И действительно, это все, что можно сказать о пароходах!
