Летом 1884 г. англоговорящие полукровки и метисы Саскачевана объединили свои усилия, чтобы вернуть Луи Риэля из штата Монтана для помощи в решении их проблем. Политическую (и, в конце концов, военную) поддержку Риэлю оказывали в основном метисы и в меньшей степени индейцы. Но после окончания пятилетнего изгнания его также приветствовали белые поселенцы города Принс-Альберт. От Риэля ожидали, что он как-то поможет исправить ситуацию с земельными претензиями, но его главное оружие — петиция, которую он подготовил для федерального правительства, похоже, никакой цели не достигло. Через несколько месяцев друзья Риэля начали упрекать его в бездействии. Испытывать выдержку Риэля было опасно. В январе 1885 г., после шестимесячного пребывания в долине реки Саскачеван он перешел к более радикальным религиозным и политическим акциям. Однако из-за этого он, во-первых, потерял поддержку Католической церкви, поскольку объявил себя «Пророком Нового Света», а во-вторых — поддержку белых жителей Принс-Альберта, так как решился на вооруженное восстание. Девятнадцатого марта Риэль и его вооруженные соратники захватили приходскую церковь в Батоше, сформировали временное правительство и потребовали сдачи форта Карлтон.
Риэль полагал, что шантаж с применением оружия, который так хорошо сработал в 1869–1870 гг. в Манитобе, может оказаться эффективным и в Саскачеване в 1885 г. Однако сэр Джон А. Макдональд не собирался поддаваться на это во второй раз и тем более второй раз уступать Риэлю. Такая позиция была в значительной мере обусловлена тем, что к тому времени строительство КТЖД было уже почти закончено. В 1869 г. Луи Риэль был хозяином Манитобы, и подступиться к нему Макдональд мог только путем изнурительных переговоров. Но в 1885 г. в распоряжении Макдональда и канадского правительства имелись войска, которые выгрузились на станции К’Аппель спустя всего 11 дней после первой перестрелки у селения Дак-Лейк 26 марта. Риэль попытался повести за собой индейцев, и после захвата им форта Карлтон это казалось возможным. Но хотя потеря этого населенного пункта существенно осложнила положение властей, так как повлекла за собой утрату правительственного контроля над Северным Саскачеваном, Риэлю не хватило умения и связей для проведения такой искусной операции, как организация индейской войны.
Восстание в дистрикте Саскачеван не сильно затронуло дистрикты Ассинибойа и Альберта. Да, в начале апреля 1885 г. население Калгари испытало некоторое беспокойство, когда пришли новости о восстании в долине реки Саскачеван, но этот страх почти исчез после прибытия из Монреаля солдат — франкоканадцев 65-го стрелкового батальона. На железнодорожной станции Калгари их приветствовали с распростертыми объятиями:
«До того, как прибыли войска, канадское Правительство ругали на чем свет стоит. Многие даже не знали о существовании Правительства, а те, кто знал об этом, не хотели и слышать о нем, однако тот факт, что правительство послало войска для защиты своих людей, <…> вызвал одобрение (жителей Калгари. —
Жители Калгари особенно опасались индейцев племени черноногих, живших в 100–110 км (60–70 миль) к юго-востоку. Но индейцев успокоили обещания и льстивые речи от имени правительства доминиона, которые произносил миссионер отец Лакомб, получивший от индейцев прозвище Человек Доброго Сердца.
Несмотря на небольшую численность метисов Саскачевана, они оказали милиции упорное сопротивление. Во главе метисов стоял Габриэль Дюмон, известный своими выдающимися военными способностями. Он знал прерии, их климатические условия и ландшафт как свои пять пальцев, и если бы он имел полную свободу действий, метисы добились бы еще большего успеха. Однако даже при этом сражение при Фиш-Крик, в котором Дюмон остановил отряды милиции под командованием генерала Фредерика Добсона Миддлтона, было довольно тяжелым.
