История кельтских королевств полностью

Приключения и Плавания связаны с Иным Миром, и таким образом мы возвращаемся к тому, с чего начинали. Цикл Финна также уходит своими корнями в миф. Ульстерский цикл и королевский цикл носят героический характер. Если бы кто-либо попытался написать историю ранней ирландской литературы, в ней бы не оказалось ни истории идей, ни рассказов о великих писателях, так как повести анонимны, а из поэтов, чьи имена нам известны, никто не отличался какими-то выдающимися чертами. Лучшие поэтические произведения также анонимны. В действительности в ней бы вообще не оказалось истории как таковой в смысле эволюции или прогресса, а лишь последовательность литературных явлений в более или менее точном хронологическом порядке. Диапазон ирландской литературы не очень широк: яркая фантазия при описании Этайн, моющейся в ручье, или Фроэха, плывущего через реку, или звука и движения моря в некоторых стихотворениях; мотив обреченных влюбленных, героическая фигура Кухулина, трагическая повесть о сыне, гибнущем от руки отца, живое изображение пиров героев в «Пире у Брикрена» и «Повести о кабане Мак-Дато», чудесная поэзия, посвященная природе, и отшельническая поэзия — таковы элементы, составляющие право ирландской литературы на широкое признание.

Рассказывая в одной из предыдущих глав о валлийской поэзии, мы в полной мере отдавали себе отчет в том, что от нее сохранились лишь отрывки, полузабытые предания Гододдина, стихотворения, приписываемые Талиесину, среди них прекрасный плач по Оуэну ап Уриену. диалогические стихотворения из утраченных саг о Лливархе Старом и Кинддилане, а также некоторые стихотворения о природе и гномические стихи. Великий период валлийской литературы еще не наступил, это время придет позднее, с подъемом придворных поэтов (Gogynfeirdd) в XII веке и славой Давидда ап Гвилима. До этого времени мы располагаем значительно более скромным фондом сведений о поэтическом искусстве в Уэльсе, нежели в Ирландии, хотя между двумя странами поддерживались тесные контакты.

Легендарная фигура Мирддина появляется в преданиях, связывающих его с ирландским королем Суибне Гельтом, Суибне Безумным. Суибне, король Дал Арайде, сражался в битве при Мойре в 637 г. и, как считается, потерял рассудок в пылу битвы. «Безумие Суибне» (Buile Suibne) — это повесть о его лесной жизни, содержащая прекрасные стихи, в которых безумный король оплакивает свое несчастье и описывает лес и обитающих там животных.

Мирддин, согласно легенде, жил в VI веке и сражался на стороне проигравших в битве при Арвдеридде (Артурет, вблизи Карлайла) в 573 г. Мирддин также сошел с ума и бежал в лес Келиддон (Каледония). «Там он жил полвека, и спутниками его были лишь деревья и дикие звери, и оплакивал убийство Гвенддолеу в страхе, что за ним придет Риддерх. В своем безумии Мирддин обрел дар прорицателя»[646].

В действительности имя Мирддина возникло в результате неверного переосмысления названия Каервирддин (Кармартен), в котором второй элемент происходит от moridunon, «морская крепость». В одной поэме он зовется Ллаллаук и Ллаллоган Вирдин, в «Житии св. Кентигерна» его имя — Лалойкен, и Лайлокен в двух других повестях[647][648]. И история Мирддина, и история Суибне представляют кельтский вариант мотива Дикого Человека[649]. Древнейшее упоминание о Мирддине содержится в поэме X века («Судьба Британии»), и некоторые стихи, приписываемые ему, могут относиться к тому же периоду, хотя анонимная валлийская поэзия с трудом поддается точной датировке. «Безумие Суибне», с другой стороны, едва ли может датироваться временем ранее XII века. Заимствования могли идти как в одну, так и в другую сторону, а территория Дал Риады, которая частью располагалась в Восточном Ульстере, а частью в Шотландии, должно быть, была центром обмена. В обоих случаях она была географически близка к месту событий.

Как у ирландского отшельника Марбана в «Бардах Гуайре» (Tromdam Guaire), у Мирддина был ручной кабан, и в одной из приписываемых ему поэм он обращается к нему: